Darvest
Спи, моя радость, усни - в Эльсиноре погасли огни
Глава тринадцатая

Несмолкающий крик пронзал его сны. Беспрестанный, неотступный, он преследовал Артура в каждом сновидении, что являлось ему сегодня. Айтверну казалось, голоса взывают к нему - о чем-то просят, чего-то настойчиво требуют. На каждой запутанной дорожке страны грез, что превратилась ныне в страну кошмаров, этот крик преследовал его. "Прислушайся, приди к нам, отвори двери". Он не слышал. Не мог сосредоточиться. Один сон оказывался страшнее другого, и все вместе они затягивали наследника Драконьих Владык в вязкую, липкую паутину страха.
В остальном, он не смог бы запомнить сны этой ночи - за исключением одной, объединяющей их всех черты. Их наполняли бесконечные смерти и кровь. Мысленному взору Артуру являлись поля сражений, до самого горизонта усеянные трупами. Почти как тогда, на Горелых Холмах, только хуже. Затем перед его мысленным взором проступали лица мертвых друзей.
Руперт Бойл. Элберт Коллинс. Александр Гальс. Все, кого Артур считал близкими себе людьми; все, на кого он мог бы опереться в час, когда придет беда. Все, кого он предал или кто предал его. Вслед за погибшими товарищами появлялся отец. Холодная мраморная маска вместо лица, молчаливый укор. "Лучше, если дом Айтвернов возглавит кузен Роальд, нежели мой сын", - сказал лорд Раймонд в день, когда похитили Айну. "Что ж, папа. Твое желание почти сбылось".
После отца появлялся Гледерик Кардан. Выступал из мрака - с усмешкой, приставшей к губам, с кровавой раной в груди. Человек, что мог бы стать королем Иберлену и сюзереном дому Айтвернов. "Айтверны не изменяют своим королям. Кроме меня. Я - изменник".
Имена погибших и павших всплывали в памяти. Их лица, неподвижные, немые, на секунду выступали из тьмы - лишь затем, чтобы потом вновь исчезнуть в ней. И каждый раз - один и тот же призыв, вновь и вновь рвущийся откуда-то из-за пределов иллюзии.
"Услышь нас. Откройся нам. Приди. Ты нам нужен. Ты один распахнешь двери".
Артур не мог. Он смотрел в лица убитых, сам словно паря в пустоте, и думал, что стал главной, а возможно и единственной по-настоящему весомой причиной всех этих бесконечных смертей. "Мои руки в крови. Моя хваленая честь пропитана дымом погребальных костров. Вот, что принесло миру мое нелепое рыцарство".
Крик не смолкал, но теперь захотелось сбежать от него - окончательно раствориться в пустоте. Хотелось больше ничего не знать, не помнить, не существовать.
Артур очнулся от того, что его трясли за плечо. Быстрая, хлесткая пощечина окончательно привела юношу в чувство.
- Вставай, - Кэмерон Грейдан склонилась над молодым герцогом Айтверном. Черные волосы упали ему на лицо. - Вставай немедленно.
Юноша резко сел в постели - так резко, что Кэмерон едва не отшатнулась.
- Обед уже подали? Остывает? - Артур старался говорить небрежно, но чувство подступившей беды не отступало. "Пока я спал, случилось что-то плохое - и теперь я узнаю, что именно".
Предчувствия не обманули его.
- Разведчики донесли, к лагерю Тарвела приближается армия. Будет здесь через час. Может раньше.
Артур невольно зевнул. Потряс головой, постарался сфокусировать взгляд. Получилось у него это плохо. Походный шатер, в котором юноша заснул часов пять или шесть назад, плавал перед глазами, казался вытканным из осеннего утреннего тумана. Голова болела, нестерпимо хотелось завалиться обратно в постель и дремать до самого Судного дня с его трубами, архангелами и Страшным судом. Что-то, однако, подсказывало Айтверну - выспится он теперь уже не скоро.
- Под какими знаменами идет это войско? - спросил Артур.
- В основном - под твоими. Золотой дракон на зеленом поле. Сомневаюсь, впрочем, - Кэмерон нахмурилась, - что эти солдаты пришли сюда изъявить тебе верность. Там еще видели отряд с волком Эрдером и с оленем Гальсов. Всего - тысяч шесть или семь. Конница, позади пехота. Двигаются с севера, по Королевскому Тракту.
- Понятно, - Артур старался говорить спокойно. Отбросил одеяло, надел сапоги. Встал, опершись на подставленную вдовой Хендрика руку. - Где лорд Данкан?
- Ждет тебя на дворе, - Кэмерон смотрела внимательно и изучающе. Чуть кусала губу. Артур понимал - вдова прежнего эринландского короля не верит в него, ждет от него страха и паники. Это ни капли, впрочем, не обижало. Никто вокруг не верил в Артура - до такой степени, что юноше стало уже почти наплевать. - Готов выходить и беседовать с ним? - спросила Кэмерон. - Тарвел сказал, раз ты по закону регент, тебе и решать, что нам всем делать дальше. Можем отступать, можем принимать бой. Хотя отступить мы уже вряд ли успеем. Пока снимемся с позиций, эти молодцы уже будут здесь и все равно сядут на хвост. Кони у их авангарда, было сказано, резвые.
- Резвые так резвые, - Айтверн пригладил волосы, накинул плащ. - Пойдемте, сударыня. Я готов.
Снаружи царили оживление и суматоха. Надевали, при помощи оруженосцев, доспех и седлали коней всадники, точили наконечники копий, лезвия мечей и алебард пехотинцы. Павильоны и тенты стремительно сворачивались, отряды строились в боевые построения на вытоптанной площадке посредине лагеря. Сотрясали воздух сердитые окрики сержантов и офицеров. На смотровых вышках и верхотуре оборонительной стены заряжали арбалеты стрелки. Позади закрытых сейчас на три засова бревенчатых главных ворот солдаты переворачивали обозы и телеги, делая из них вторую линию укреплений - на случай, если сквозь первую прорвется враг. Там же, перед воротами, пара дюжин человек из прислуги спешно рыла ров и устанавливала на его дне остро заточенные колья, как приветствие неприятельской кавалерии. Хотя приказа отступать или принимать бой еще отдано не было, войско Тарвела явно готовилось к обороне.
Сам лорд Данкан, облаченный в кирасу и вооруженный двуручным топором, ожидал Артура подле своего шатра, в сопровождении трех своих капитанов - Паттерса, Грегана и Лирмана. Составил компанию им также Блейр Джайлс - насупленный, серьезный, бодрый, в полном боевом доспехе, при полуторном мече и со щитом за спиной, держащий украшенный драконьими крыльями шлем на сгибе локтя. Чуть поодаль от них стоял Клифф. Гарландский король держался невозмутимо, никак не реагировал на творящуюся вокруг суету, смотрел куда-то вдаль.
При виде Артура лорд Стеренхорда коротко поклонился, прижав правую ладонь к груди:
- Мое приветствие, лорд регент.
- Мое приветствие, сэр Данкан. Леди Кэмерон успела сказать мне пару слов, но все же, доложите обстановку теперь и вы. Я хочу знать подробности.
- Извольте. Конный разъезд вернулся полчаса назад. Разведчики доложили, со стороны Тимлейна движется войско. Идут по Тракту налегке, никаких обоза и сопровождения - только конные и пешие. На глаз - тысяч семь или чуть того меньше. Сами понимаете, считать точное число моим людям было несподручно. В авангарде отряд под знаменем Айтвернов и Рейсвортов, дальше Гальсы и Эрдеры. Находятся сейчас милях в четырех от нас, а скоро будут еще ближе. У меня здесь три тысячи бойцов, еще две - у моего племянника Алистера в пятнадцати милях к западу. Я отправил только что гонца к Алистеру, с приказом выдвигаться навстречу к нам. Жду вашего слова, сударь. Мы можем сейчас сняться с места и отступить, но вы сами понимаете, насколько уязвима армия на марше. Бросать обозников и челядь я не стану, а наше передвижение они затруднят. Противник легко настигнет нас и атакует в аръергард. Я подчинюсь любому вашему приказу, лорд регент, однако советую оставаться на имеющихся позициях. Часа три или четыре до подхода Алистера мы продержимся, а дальше окажемся в почти равном соотношении по численности. Здесь, к тому же, у нас уже готовы укрепления и продовольствия на две недели. Как явится Алистер, он ударит их с фланга, а мы выйдем из-за стен и атакуем в лоб. Я считаю наши шансы неплохими, если только они не прорвутся сюда сходу.
- А они способны прорваться? - уточнил Артур.
Тарвел раздраженно махнул плечом:
- Всякое возможно, мы на войне. Но стены, - он махнул в сторону десятифутовых бревенчатых укреплений, по периметру окружавших его лагерь, - здесь хорошие, недаром мои люди все лето рубили лес по правому берегу Нейры. Приставных лестниц у противника вроде нет. Этот отряд послан сюда дождаться моего изъявления покорности, а не пойти на штурм. Пока нет. Когда они доставят из Тимлейна осадный парк, а это не раньше, чем завтра - Алистер уже соединится с нами. Мы разгромим передовой отряд противника и сможем развить инициативу.
- Еще они могут забросать ваш частокол факелами, - вставила Кэмерон.
- Могут, - согласился Тарвел. - Только мы стоим на роднике, и я уже распорядился пожарной команде держать жбаны с водой наготове. - Он развернулся к Артуру. - Ожидаю вашего решения, сэр. Скажете уходить - мы уйдем, только я не считаю это правильным, уж простите старика.
Артур и сам не считал возможное отступление правильным выходом. Доводы Данкана звучали вполне разумно. Здесь они в самом деле располагали и водой, и запасами продовольствия, и возможностью обороняться. При попытке бегства их маленькая армия неизбежно будет настигнута и окружена. Куда более разным решением казалось остаться на месте и принять бой на хотя бы относительно выигрышной позиции. "Вот только разумные решения неизбежно в конечном счете заводят в ловушку. Первый натиск неприятеля мы, возможно, отобьем. Вот только затем подойдут основные силы мятежников. Дядя говорил о двадцати тысячах бойцов, пребывающих под его началом в одной только столице и окрестностях, и ему понадобится не больше двух дней, чтоб выдвинуть большую их часть против нас. Не окажемся ли мы в конечном счете в ловушке здесь, когда враг перережет любые дороги и зажмет нас в тиски?"
Несмотря на все свои сомнения, Артур, тем не менее, произнес:
- Вполне признаю вашу правоту, сэр Данкан. Вы разбираетесь в военном деле куда лучше моего, так что уповаю на ваш опыт. Прикажите армии приготовиться к обороне.
- Уже приказал, - кивнул Тарвел удовлетворенно. - Мы почти готовы.
- Хорошо. - Артур посмотрел на Клиффа. - Ваше величество, вы не обязаны участвовать во внутренней иберленской междоусобице. Несмотря на мою вчерашную просьбу, вы вправе покинуть нас и направиться в место, которое сочтете безопасным. Тем более, вас ожидают жена и дети. И королевство, которым вы должны править и которое на вас рассчитывает.
- Назовете меня трусом еще раз, сэр Артур - получите по зубам, - сказал гарландец почти любезно.
Айтверн подошел к владыке Кенриайна и протянул ему руку:
- Простите, милорд. Я не желал вас обидеть.
- Прощаю, - рукопожатие у Клиффа оказалось крепкое. - Я хочу наконец увидеть вас в деле. Не лишайте меня этой возможности.
Кэмерон обнажила меч. Поймала на его холодной стали блеклый отблеск осеннего солнца.
- Одевай доспехи, мальчишка. Довольно слов, скоро заговорит железо.
Воспользовавшись помощью Блейра, Артур надел бригантину, наручи, поножи. Броня эта была легкой, практически не сковывала движений. Айтверн никогда не пользовался латным доспехом, считая его слишком неудобным. Скорость и ловкость - вот на что он привык полагаться в бою. И хотя в поединке с Джейкобом Эрдером подобная тактика едва не стоила Артуру жизни, он не собирался от нее отказываться. На левую руку, впрочем, Артур сегодня взял небольшой треугольный щит. В толчее всеобщей свалки, если та наступит, он окажется сподручнее кинжала.
Сам Блейр облачился в серебристую пластинчатую броню с вычеканенным на латном нагруднике малерионском драконом. Изрядно за минувшее лето подросший и раздавшийся в плечах, молодой рыцарь выглядел сейчас внушительно. Он казался вполне готовым к тому, чтоб немедленно вступить в сражение. Перехватив взгляд Айтверна, Джайлс усмехнулся:
- Можете не верить, я волнуюсь. Для меня это почти первый серьезный бой. Не считать же Холмы, там я не отходил от вас и меча толком не обнажил.
- Не дергайся ты так, - отвечал Артур. - Все едино мы покойники. Не сегодня, так завтра. Это против Гледерика у нас были шансы, а теперь? Даже с помощью Тарвела, против нас весь Иберлен. Мы проиграли эту войну и скоро подохнем. Как твой первый сеньор.
- Хотите меня разозлить? - Блейр нахмурился.
- Говорю правду. Я просто сегодня многое понял, - Айтверн отвернулся, посмотрел на товарищей, не слышавших их разговор. Тарвел отдавал приказы своим офицерам, Кэмерон разговаривала с Клиффом - беспечно, будто с давним другом. И она, и Клифф улыбались. - Это бессмысленная война, Блейр. Сам подумай, ради чего это все? Короли садятся на трон и падают с него всегда. Я скинул одного и посадил другого. Теперь мой король свергнут и пропал, а мой собственный дядя двинул против меня солдат. Так и будем резать друг другу глотки до конца времен? Я не знаю, Блейр. За что ты сам дрался сначала, когда влез в это?
- За моего господина. Потом - не знаю. Хотел за него отомстить. Не отомстил, правда - вместо этого сдружился с вами. Теперь, наверно, и сам не знаю, что делаю и почему, - признался Блейр чуть растерянно.
- Просто мы дураки. Как и большинство людей. Ладно, пошли.
Дозорные на привратных башнях заиграли в рожки тройной сигнал тревоги. Сопровождаемый Тарвелом и прочими своими спутниками, Артур по приставной лестнице поднялся на верхотуру защитной стены, уже заполненную изготовившими к бою арбалеты и луки стрелками. Внизу, под защитой ворот, собирались меж тем, тесно смыкая щиты, пехотинцы.
- Вот они, - махнул рукой Тарвел, - идут.
Артур присмотрелся, чуть щурясь на сделавшемся вдруг слишком ярким солнце. Юноша увидел, как с пролегающей к миле востоку прямой линии Королевского Тракта, мощенного плотно пригнанными друг к другу каменными плитами, отделилась, вступив на ведущую к лагерю лорда Данкана грунтовую дорогу, темная змея вражеской конницы. Поднялась в воздух поднятая сотнями копыт пыль. Ехали всадники быстро, оставив чуть на отдалении следовавшие за ними пешими отрядами. Виделась в этом некая беспечность - внезапного нападения они не боялись явно. Вскоре Артур уже мог разглядеть развернутые на прохладном ветру знамена. Впереди всех прочих и впрямь реял дракон Айтвернов. "Почему дядя приказал вывесить его? Не Рыжего Кота Рейсвортов? Или он решил объявить себя главой нашего дома?"
Вражеская конница остановилась примерно на расстоянии примерно пятиста футов от лагеря, почти вне зоны досягаемости стрел. Всадники развернулись в длинный полукруг. По флангам подошли, утыкая копья в землю, пехотинцы. Из середины вражеского войска выехало несколько рыцарей в роскошной позолоченой броне, в шлемах, украшенных разноцветными плюмажами. Сопровождавший их герольд вывесил на кончике пике белый флаг, звонко протрубил в рог.
- Лорд Данкан, сэр Блейр, сопроводите меня на переговоры, - приказал Артур. - Всех остальных прошу остаться здесь и ожидать нашего возвращения. Капитан Паттерс, командуйте в наше отсутствие.
- Вы смелый человек, - заметил Клифф, - если лишь с двумя товарищами готовы встать лицом к лицу с людьми, уже не меньше трех раз в этом году торговавшими своей преданностью.
- Какие бы они ни были, эти достойные сэры - все же рыцари. Я надеюсь.
Молодой герцог Айтверн оседлал коня. Пока Данкан Тарвел около двух минут разговаривал со своим капитаном, Артур успел шепнуть Блейру несколько слов, попросив его о помощи в одном деле. План созрел в голове Айтверна почти мгновенно, под давлением обстоятельств, но казался удачным. Оставалось лишь, чтоб Джайлс его поддержал. К немалому облегчению Артура, после короткого колебания его бывший оруженосец все-таки согласился. Наконец и сэр Данкан оказался в седле.
Солдаты отворили ворота лагеря, трое конных поскакали навстречу ставшему неожиданно промозглым ветру. Осень в Иберлене обычно наступала позже, не ранее середины октября - но видимо, не в этот год. Артур держал поводья небрежно, левой рукой. Чуть прищурясь, всматривался вдаль. Делегаты противника тронули коней, выдвинулись навстречу. Вскоре Айтверн уже мог разглядеть их лица. Во главе процессии, кутаясь в фамильный светло-серый плащ, с гербом, изображающим синего карпа на зеленом поле, ехал тан Эйтон Брэдли, один из самых старых и верных вассалов отца. Двое из сопровождавших его рыцарей также принадлежали к гвардии Драконьих Владык, то были лорд Ардерон и лорд Манетерли. Еще двое носили цвета Шоненгема.
Когда всадники сблизились в середине поля, сэр Эйтон привстал в стременах, поднял руку. Его украшенное короткой бородкой лицо не выражало никаких чувств. Смотрел он вперед ровно и спокойно, не отводя взгляда.
- Добрый день, герцог Тарвел. Добрый день, сэр Артур. Рад видеть вас в добром здравии обоих, - Блейра Джайлса, как особу слишком незначительную, благородный тан приветствовать не стал.
- Лорд Брэдли, - Артур ударил жеребцам по бокам, выехал вперед, - я не расположен выслушивать ваш политес. Чего хочет мой дядя? Ищете меня, чтоб арестовать и доставить в темницу?
- Мне в самом деле были даны подобные распоряжения, однако ваши, сэр Артур, поиски, не являются моей главной задачей. Я явился к герцогу Тарвелу, - тан Брэдли перевел взгляд на Железного герцога. - Милостивый государь, у меня с собой документы, подписанные новым главой Коронного совета, герцогом Эдвардом Эрдером, и верховным констеблем Иберлена, Роальдом Рейсвортом. В них заверяется об отрешении от трона Гайвена Ретвальда. Юноша из дома Айтвернов, сейчас сопровождающий вас, лишен своего прежнего министерского кресла в совете. Это означает, сэр Артур больше не имеет права говорить от лица нашего государства. Я здесь, чтобы поставить герцога Тарвела в известность о произошедших в нашей стране за минувшие дни переменах, и пригласить отправиться с собой в Тимлейн - предстать перед нашим новым монархом.
- Кто же является нашим новым монархом, с позволения сказать? - в тоне сэра Данкана промелькнула легкая насмешка. - Монархов за этот год было столько, что я скоро начну путать их имена. Брайан, Гледерик, Гайвен, кто теперь еще?
Ни один мускул не дрогнул на лице посланника.
- Ныне, волей владетельных пэров и решением Коронного совета, на Серебряный Престол вступила наследница нашего прежнего доброго лорда-констебля, герцога Раймонда Айтверна. Айна Айтверн принесет Иберлену порядок и мир.
В глазах у Артура потемнело, и юноша с трудом подавил желание немедленно выхватить из ножен меч. Вместо этого он, как мог неспешно, развернул коня, подъезжая к сэру Эйтону еще ближе - так, что при желании мог бы коснуться того рукой.
- Вы втянули мою сестру в это дело, - сказал герцог Айтверн настолько негромко, что тану Брэдли пришлось наклонить голову, чтоб расслышать его слова. - Вы держите ее в королевском замке в заложниках и еще смеете уверять, будто говорите по ее воле. Вы снова повторяете уловку покойного Джейкоба, когда он уже попытался торговать жизнью Айны. Низкие приемы от низких людей. В вас осталась еще хоть крупица порядочности, господа?
- Я клянусь, вы ошибаетесь, сэр. - Невозмутимость посланца мятежников по-прежнему нельзя было перебить ничем. Сэр Роальд знал, кого направлять на переговоры. Тан Брэдли действительно прекрасно владел собой, и разговаривал сейчас без всякого смущения или трепета. - Айна Айтверн примкнула к нашему делу добровольно, без всякого принуждения, и целиком разделяет принятые нами цели. И хотя многие в королевском совете желали бы видеть вашу голову на плахе, сэр Артур, лишь заступничеством нашей новой государыни речи о вашей казни не идет.
- Что ж, я вас понял, - сказал Артур сухо.
Некой отрешенной, холодно-рассудительной частью своего сознания юноша подумал, что, возможно, Брэдли не врет. Айна никогда не питала почтения к Гайвену, и еще до битвы на Горелых Холмах призывала Артура встать на сторону Гледерика. Вернувшись после падения последнего Кардана в Тимлейн, сестра продолжала держать Артура на расстоянии, почти не разговаривая с ним. Возникшая между детьми лорда Раймонда трещина увеличилась, превратившись в пропасть. "Я сам не заметил, как лишился всей семьи. Отец в могиле, дядя предатель, Айна - на его стороне, ну а Лейвис мне братом и не был. Даже Александр был мне кузеном в большей степени, чем он".
Душевной боли юноша не почувствовал.
"Ладно, я остался совсем один. Если не считать Кэмерон и Блейра, лорда Данкана и короля Клиффа, и еще сюзерена, который пропал и которого нужно найти. Не худший вид одиночества из возможных".
Брэдли меж тем продолжал:
- Требования, с которыми я сюда приехал, следующие. Сэр Данкан, вы остаетесь пэром Коронного совета и одним из самых приближенных вассалов царствующего дома. Никто не подвергает сомнению ваш ранг. Ее величество и первый министр лишь просят вас сложить оружие, если вы его подняли, явиться в Тимлейн для принесения присяги королеве Айне, а также выдать в мои руки сэра Артура, как опасного смутьяна и бунтовщика.
- Условия более чем великодушные, - признал Тарвел. - Вот только названный вами бунтовщик - является в настоящее время законным правителем нашего государства. Посудите сами, в последнее время нами правило два короля, Кардан и Ретвальд. Ретвальд назначил герцога Артура Айтверна своим первым министром, а значит, в отсутствие Ретвальда именно герцог Айтверн может считаться местоблюстителем трона. Кардан погиб - в честном бою, насколько знаю, и не оставил прямого наследника. Это означает, что достоинство Яблоневого Древа переходит к ближайшим родичам старой династии - к Драконьим Владыкам. Ибо еще дочь основателя Тарнариха Дэглана Кардана, леди Виктория, вышла замуж за сына лорда Эйдана Оливере Айтверне. Таким образом, сэр Артур, как ближайший здравствующий потомок короля Дэглана, является принцем крови и наследником Серебряного Престола. Скажу по чести, сэр Эйтон - я не знаю, чьи притязания, Гледерика или Гайвена, более законны. Здесь впал бы в затруднение даже опытный юрист. Однако к какой стороне ни склоняйся, этот мальчик рядом со мной - сейчас наш регент, а возможно, и король.
- Этот мальчик убил короля Гледерика, а значит - лишен любых прав на трон. Именно поэтому в Тимлейнском замке сидит сейчас Айна Первая, а не он.
- Этот мальчик, - возразил Тарвел любезно, - просто оказался чуть менее сговорчив, нежели его сестра, и не поддался на ваши посулы. Нет такого закона, по какому убийство им Гледерика Кардана делало бы его изменником. Как такой же потомок монаршего дома, сэр Артур был как минимум равен лорду Гледерику своим рангом и званием, а возможно - и превосходил его. Ибо не имел среди своих предков бастардов. Два человека королевской крови сошлись в честном поединке, только и всего. Старые обычаи допускали такой способ разрешения прений. Еще принц Кристофер, в 4605, кажется, году от пришествия нашего Господа, победил на дуэли своего старшего брата Элиота, и наследовал через два года своему отцу королю Томасу. Что бой Гледерика и Артура был честен, охотно подтвердит присутствующий здесь рыцарь, лейтенант малерионской гвардии сэр Блейр Джайлс. Сэр Блейр прежде состоял на службе у графа Гальса, и думаю, у вас нет оснований усомниться в достоверности его слов.
- Это все крючкотворство и сотрясение воздуха, - вступил в разговор граф Ардерон. - У нас семь тысяч солдат, у вас в вашем форте сколько? Едва две? Две с половиной? Не ломайте комедию, Тарвел. Сейчас мы вас окружим со всех сторон, а к ночи подойдут еще войска. Завтра в обед привезут пять осадных башен, а если надо - и десять. Поэтому отдавайте нам Айтверна и поехали в столицу. Другого выхода у вас нет.
- Мой кузен Ричард прямолинеен и прав, - улыбнулся Брэдли. - Решайте, герцог.
- Я уже решил, - ответил Тарвел упрямо, - за меня решит мой король.
"Как смешно, - подумалось Артуру, - и суток не прошло с момента, как Гайвен исчез, но уже нашлись люди, что называют меня королем, а Айну - королевой. Не будь мы братом и сестрой, распрю бы решил династический брак. А так ее решат три фута острой стали в чье-то сердце".
- Лорд Брэдли, - сказал Артур, пряча кривую усмешку. Он все еще смотрел на предводителя вражеского отряда в упор, и кони их стояли в футе друг от друга. - Давайте поступим, как рыцари прошлых лет. Я вызываю вас на поединок, ибо прятаться за спины солдат не хочу. Побеждаете вы - поступаем, как вы сказали. Побеждаю я - вы отводите войска на десять миль к северу и ближайшие сутки не подходите к нашим позициям, а также не пытаетесь нас преследовать в случае нашего отступления.
- Герцог Айтверн, - Брэдли впервые назвал его герцогом, как называл до переворота, раньше, каких-то два дня назад. Почему-то казалось, прошло уже два года, не два дня. - Я не дурак, герцог Айтверн. Мне минуло уже пятьдесят зим, а вы - молоды и полны сил. Мне приказали исполнить возложенную на меня миссию, а не меряться молодецкой удалью. Вы победите меня, если сойдетесь в бою. Поэтому такой возможности я вам не предоставлю.
- Вы ошибаетесь, - сказал Артур бесцветно. - Уже предоставили.
Подавшись вперед в седле, Айтверн выхватил левой рукой длинную дагу, что висела до того в чехле у него на поясе. Перехватил правой рукой запястье сэра Эйтона, не дав тому вытащить свое оружие, и вонзил клинок тану под ребра - проворачивая вверх и доводя до самого сердца. Брэдли вскрикнул, выпучил глаза - кровь запузырилась на его губах. "Где теперь ваше самообладание, милорд?" В тот же самый миг Блейр Джайлс выхватил из-под плаща небольшой арбалет, взятый им перед выездом из лагеря у тарвеловского стрелка, и разрядил графу Ардерону в грудь. Тот вскрикнул и завалился на бок, выпадая из стремян.
Не знавший о замысле Артуре, Данкан Тарвел потрясенно выругался - а граф Манетерли и двое шоненгемских рыцарей обнажили мечи. Выхватил свой клинок и Артур. Дага его так и осталась в груди у Эйтона Брэдли, что бездыханный повалился на землю, но нужды в ней уже не было. Артур вскинул клинок, отбил нанесенный Остином Манетерли удар.
- Вы негодяй и болтаться вам на виселице вскоре, - сказал Манетерли.
Айтверн не ответил. Выставил свой меч вперед, парируя сделанный сэром Остином выпад. В седле особенно не пофехтуешь, но сейчас этого и не требовалось. Все равно дело стоило решать быстро. Манетерли не был особенно искусным воином, и серьезного противника Артур в нем не видел. Юноша размахнулся, отбил еще один удар, и вогнал свой меч сэру Остину промеж пластин доспеха. Подъехавший ближе Блейр решил дело рубящим ударом по голове. Айтверн чуть отстранился, высвобождая оружие, но хлынувшая во все стороны кровь все равно забрызгала его плащ.
Оставшиеся двое рыцарей уже развернули своих жеребцов, поскакали прочь - в направлении основного отряда. Там уже заметили случившееся - раздался бешеный крик, заиграли горны. Вскинули луки стрелки. Артур развернул своего коня, ударил по бокам, пуская в бешеный галоп к распахнувшимся уже по чьей-то своевременной команде воротам лагеря. Тарвел и Джайлс последовали его примеру. Засвистели, прошивая воздух, первые стрелы. Артур припал к конскому крупу, стараясь уберечься от вражеского залпа. Как никогда он сожалел сейчас, что оставил в Тимлейне своего дарнейского жеребца, резвого, словно ветер. Теперь все могли решить только удача и провидение Господне - при условии, конечно, что Бог еще не отвернулся от него.
Айтверн и его спутники на полном скаку влетели под защиту лагерных укреплений, оставшись невредимы. Лишь две стрелы скользнули по латам Блейра да еще одна сломалась об прочную кирасу, надетую лордом Данканом. Когда дубовые ворота закрылись и Артур, тяжело дыша, спешился, герцог Тарвел, с белым от гнева лицом, закованными в латную перчатку пальцами схватил его за плечо:
- Будь ты проклят, щенок. Что ты творишь?
Испытывая сам сейчас гнев не менее сильный, чем овладевший его бывшим наставником, Артур вытащил меч и направил его Данкану Тарвела в грудь:
- Довольно меня отчитывать, сэр, - сказал Айтверн, не помня себя от ярости. - Вы сами сказали, что признаете меня регентом и могли бы признать королем. Я себя королем не считаю. Я верен Гайвену и верю, что он вернется. Однако для вас - я правая его рука и его голос. А потому прекратите говорить со мной, как со своим оруженосцем. Я герцог Запада, я первый министр короны и я, черт побери, я, а не вы, командую здесь.
- И до чего ж ты докомандуешься здесь, хотел бы я знать, - тяжело сказал Тарвел.
- Я вам скажу. Мы с Блейром сейчас сделали полезное дело. Мы убили троих из пяти главных вражеских офицеров. Теперь противник ослаблен и уже не так резво пойдет на приступ. И согласованности меж их отрядами будет меньше.
- Артур прав, - подал голос Блейр. - Герцог Тарвел, простите, но эти люди не церемонились с нами никогда. Мы с ними тоже церемониться теперь не обязаны. Я исполнил приказ своего командира, и требую, чтоб вы тоже не перечили ему.
- Требуешь, значит, - сказал Тарвел. - Видел бы тебя твой лорд. Настоящий.
Блейр пошатнулся, сделал шаг вперед с потемневшим от гнева лицом - но остановился, когда Артур схватил его за руку. Удерживая Блейра, Айтверн оглядел собравшуюся вокруг толпу. Клифф Рэдгар лишь усмехнулся и пожал плечами, а по виду Кэмерон и вовсе ничего нельзя было сказать. Неожиданно подал голос капитан Паттерс - рослого вида солдат с жесткими чертами лица:
- Я вам подчинюсь, Айтверн, и мои люди тоже. Врагов надо убивать, а не цацкаться с ними - в этом я с вами согласен.
- Приятно слышать, - Артур коротко кивнул офицеру и, делая вид, что не обращает больше внимания на Тарвела, сопровождаемый Блейром вверх по ступенькам стал подниматься на стену. - Пойдемте. К нам сейчас направятся гости, нужно их встретить.
Присланные Рейсвортом отряды в этот самый момент действительно сделали первую попытку пойти на приступ. Кавалерия пока оставалась на своих местах, а вот пехота, в количестве около тысячи человек, прикрываясь длинными щитами и выставив вперед копья, пересекла поле, приближаясь к воротам. Группа солдат, заметил Артур, тащила окованный железным наконечником длинный таран. Его, видимо, все же взяли с собой заранее, не надеясь на сговорчивость Тарвела.
Айтверн махнул рукой, дал арбалетчикам лорда Данкана приказ стрелять. Те сделали залп, разряжая арбалеты. Короткие железные болты взвизгнули, вонзаясь где-то в тисовое дерево неприятельских щитов, а где-то - и во вражьи тела. Некоторое количество солдат противника упали, остальные плотнее сдвинули ряды. Пока арбалетчики взялись за перезарядку оружия, на их место встали лучники. Взвились стрелы, сделав в рядах пехотинцев Рейсворта еще одну прореху. Те расступились, давая место собственным лучникам, и те открыли ответный огонь. Артур присел на колени, прячась за идущим поверху стены бревенчатым частоколом, прикрылся щитом. Находившиеся рядом офицеры последовали его примеру. Несколько десятков выпущенных нападающими стрел перелетело стену и упало в лагере, но били они не прицельно, и вреда почти не причинили. Из стоявших на стене бойцов убило хорошо если человек десять - не более того.
Тем не менее, случившийся заминки хватило, чтоб атакующие успели добраться до ворот. Таран с тяжелым рокотом ударил об их створки - те едва не слетели с петель, но пока все же устояли. "Лорд Данкан многого не учел, - промелькнула в голове Артура лихорадочная мысль. - Его разведчики сообщили, что конница Рейсвортов идет налегке - а вот что пехота позади тащит с собой тараны, они уже не увидели. Если ворота падут и начнется бой, наши шансы уже не столь хороши, как казалось раньше. Им даже передвижных башен не надо, если смогут прорваться внутрь и закрепиться на входе". Айтверн выглянул из-за частокола. Увидел, что передовые соединения вражеский кавалерии подтягиваются вслед за пехотой, сосредотачиваясь в сорока футах позади нее. Как раз, чтобы взять хороший разгон и влететь в ставку Тарвела, если проход в нее окажется открыт.
- Мы хотели ввергнуть неприятеля в растерянность, а вместо этого лишь сильнее разозлили и раззадорили, - заметил Блейр. - Они в наши двери стучатся так настойчиво, что скоро будут внутри.
- Это я как-то недосмотрел, - признался Артур чуть виновато. - Надеялся, что смогу их напугать. Продолжайте палить, пока не кончатся снаряды, - бросил Артур лейтенанту Бэлфуру, командовавшему стрелками. - Мы с сэром Блейром возвращаемся вниз.
Внизу рыцари Тарвела уже все спешились с коней, встали возле образовавших возможную вторую линию обороны телег, взялись за топоры и мечи. Клифф Рэдгар стоял в середине их строя, вооружившись двуручным мечом, и гарландские гвардейцы окружали его. Завидев возвратившегося со стены Айтверна, он указал кончиком клинка в сторону сотрясаемых ударами ворот:
- Вы вовремя. Наши гости взбесились, как пчелиный рой, и скоро примутся нас жалить.
- Никаких хороших манер за ними не водится, как обычно, - Артур встал рядом с Кэмерон, поднял меч. - Хотели посмотреть на меня в деле? Сейчас увидите.
На пятом или шестом ударе створки все же рухнули, подняв облако пыли. Не дожидаясь, пока солдаты Рейсвортов ворвутся в образовавшийся пролом, Артур сам бросился в атаку, увлекая за собой товарищей. Первого же оказавшегося на своем пути неприятельского солдата он сбил с ног ударом щита и тут же ткнул клинком в лицо. Высвободил меч, тут же размахнулся им снова. Бил Айтверн не глядя, нанося размашистые удары прямо в толпу и прикрывая голову и корпус треугольным щитом. Рядом сражались его друзья. Краем глаза юноша заметил, с какой легкостью поднимает и опускает свой длинный меч Клифф и как ловко разит своим клинком Кэмерон, то и дело попадая неприятелям в сочленения их доспехов или прорези забрал.
Вдовствующая королева Эринланда действительно была достойна сложенных о ней баллад. Она двигалась быстро и одновременно изящно, нанося смертоносные удары взятым ею утром в оружейной Тарвела прямым палашом, заточенным с одной стороны лезвия и прекрасно колющим. Чужие выпады она отбивала обоюдострым широким кинжалом, скорее похожим на тесак, либо принимала на защитную чашечку палаша. Несколько раз мечи противника проскользили по ее латному доспеху, оставив на нем лишь пару царапин.
Сам Артур дрался сейчас не особенно ловко. Он куда больше был привычен к дуэли, к бою один на один, и в такой свалке, как нынешняя, опытен не был. Однако чести предков и собственного рыцарского звания юноша посрамить не хотел. Понимая, что не сможет произвести сейчас никакого изощренного финта или укола, Айтверн просто рубил мечом наотмашь, вкладывая в каждый замах всю свою мускульную силу. Нескольких противников он уже поразил. Одному так и вовсе разрубил корпус почти до середины.
Вставший следом перед ним вражеский рыцарь взмахнул булавой, обрушивая ее на Артура. Айтверн вскинул щит - но пришедшийся на него удар оказался столь мощен, что юноша не устоял на ногах и рухнул на колени. Оказавшийся рядом Блейр Джайлс воспользовался моментом, чтоб нырнуть вперед и, сделав сильный тычок мечом, проткнуть неприятеля насквозь.
- Я вновь ваш должник, Джайлс, - выдохнул Артур. - В рыцари я вас уже посвятил, как прикажете благодарить в этот раз?
- После победы - сделайте графом.
- Слово чести, сделаю.
Здесь, в узкой горловине сломанных ворот, шириной едва ли в пятнадцать футов, достаточно было нескольких десятков солдат, чтобы остановить продвижение целого войска. Бросивших на землю бесполезный уже таран пехотинцев Рейсворта Айтверн и его солдаты сдержали - но те уже расступились в сторону, открывая дорогу вставшей за их спинами коннице. Рыцари мятежников выставили вперед пики, ударили коней в галоп. Артур и товарищи отступили за телеги, понимая, что рванувшую в упор конницу им сейчас не замедлить.
Первые шестеро всадников ворвались вовнутрь - и тут же попали под ведущийся сверху людьми Бэлфура обстрел. Четверых рыцарей уберегли броня и щиты, двое все же свалились убитыми. На секунду это создало заминку - но лишь на секунду. Затем подоспела еще одна группа конных, и здесь в дело уже пришлось вступить выставленным Тарвелом по бокам от входа алебардистам. Взмахивая своим длиннодревковым оружием, они перерубали рыцарские копья - а также подсекали коням сухожилия. Нашлась работа и двуручнику Клиффа. Многие из нападавших оказались искусными воинами - однако обстоятельства были нынче не на их стороне. Трое из них не успели вовремя остановить коней и упали в вырытый загодя ров. Остальные оказались проворнее.
Потеряв примерно тридцать человек убитыми, атакующие чуть отступили от ворот. Обозная прислуга как раз доставила лучникам на стене новый запас стрел, и те пустили их в ход, оставив на окрашенной ныне алым полевой траве еще семь или восемь трупов.
- А вы осуждали меня, - сказал Артур Тарвелу укоризненно. - Смотрите, как вышло. Убив Эйтона, я спровоцировал врага на скороспелую, необдуманную попытку штурма. Среди их командиров возникла заминка, кто-то бросил солдат прямо в бой. Видите, выдвинулся только авангард? Остальные стоят позади. Наверно, офицеры сейчас спорят, как поступить. Оставь мы Брэдли и прочих в живых, они бы действовали по всем правилам воинской тактики. Окружили бы нас и попробовали закинуть на стены крючья разом в нескольких местах, допустим. А так мы создали в рядах противника смятение.
- Ты не знал, что получится именно так, - ответил лорд Данкан сердито. Он все еще был довольно сердит, хоть и сражался сейчас с Артуром плечом к плечу.
- Не знал. Но рассчитывал, и оказался прав. Хотя сначала, когда они выбили створки, немного струхнул, не спорю. Зато теперь удача за нашей стороне, и следует развивать инициативу. Коня мне, коня! - крикнул Айтверн солдатам. - Седлайте коней, рыцари Иберлена! Мне нужно две сотни бойцов, чтоб отогнать этих мерзавцев подальше.
Один из оруженосцев Тарвела подвел Артуру могучего каурого скакуна, и юноша одним ловким движением влетел в седло. Прежние сомнения оставили его, напротив, сейчас молодой Айтверн испытывал буйное, пьянящее торжество. Уставший за это тягостное лето от министерского кресла и бесконечных совещаний при дворе, он вновь оказался в той стихии, для которой, как верил, был рожден. Бредивший сражениями с детствами, Артур наконец был в бою - и уже не как наблюдатель и лишь формальный командующий, как на Горелых Холмах, а как предводитель, ведущий за собой солдат на поле боя. Его меч уже напитался вражеской крови, и жаждал испить ее сегодня еще и еще.
Возглавив наскоро собранный кавалерийский отряд, перехватив поудобнее верный клинок, Артур во главе сверкающей железом кавалькады всадников выехал наконец на орошенный ныне щедро росой и кровью луг. По правую руку от него скакал Клифф Рэдгар, король Гарландский, по левую - Блейр Джайлс. Авангард выставленного Роальдом Рейсвортом войска как раз начал отступать, и без того прореженный стрелками Бэлфура - и тут ведомый Айтверном отряд ворвался в его ряды, тем самым лишь увеличивая всеобщее смятение. Артур рубил направо и налево, раз за разом опуская меч, а его конь затаптывал упавших мятежников своими копытами. Юноша не боялся ни ран, ни смерти - им завладело то самое воодушевление битвы, когда в горячке тебе может показаться, словно ты бессмертен. Поддавшись обрушившемуся на них напору, солдаты Рейсворта расступились - и тут Айтверн осознал, что пора разворачиваться обратно.
Выставленные им воины смогли рассеять несколько передовых сотен приведенной Эйтоном Брэдли армии - однако следующие свежые тысячи, находящиеся за ними, уже готовились вступить в сражение. Выступили на скорый марш отряды пикинеров, построенные в каре, а по флангам напирала еще конница.
- Мы не успеем вывести всех солдат Тарвела из-за стен, а эти подойдут быстрее и сомнут нас, - сказал Артур. - Возвращаемся обратно, и укрепляем позиции.
Так они и поступили. Как бы ни хотелось продолжать оказавшуюся столь лихой скачку, здравый смысл подсказал Айтверну, что в открытом поле он находится в меньшинстве. Находившиеся под началом лорда Данкана тем временем успели оттащить остатки ворот, поставить на их место телеги и расставить меж них стрелков и копейщиков. Увидев, что защитники лагеря встали в жесткую оборону, атакующие остановились. Их собственные арбалетчики успели сделать несколько выстрелов, а затем в сражении наступило временное затишье. Войско мятежников так и остановилось на расстоянии пары сотен футов от обороняющихся, не делая пока новых попыток перейти в атаку.
Айтверн, тяжело дыша, сел на землю, прислонился спиной к телеге, положил на колени и принялся начищать о точильный камень столь хорошо послуживший ему меч. Рядом, на каменный валун, присел Тарвел. Как и весь минувший после их ссоры час, лорд Данкан оставался сух и сосредоточен, и не давал волю чувствам. Впрочем, бывал он таким почти всегда и в любые прочие дни. Чувствуя, что его собственный гнев уже почти миновал, Артур сказал наставнику:
- Хороший день, - счастливая улыбка скользнула по его губам. - Наконец мы деремся с врагом, а не пытаемся ужиться с ним и не гнем перед ним спину. Лучше пара таких жарких деньков, чем целый месяц пустых прений в Коронном совете. Когда подойдет ваш племянник Алистер, дело пойдет еще веселее. Первым делом отгоним этих скотов прочь. Займем затем Эленгир, оставленный там гарнизон малочислен, и укрепимся в нем. Я отправлю гонцов в Малерион, а вы - в Стеренхорд. Призовем всех, кто еще может держать оружие; созовем ополчение. Тогда у нас появятся шансы на победу.
- Герцог Айтверн, - сказал Данкан Тарвел медленно, - я должен кое-что сказать вам.
- Что именно? Говорите, - Артур все еще улыбался, но тревожное предчувствие внезапно кольнуло его сердце.
Слишком напряженно держался Железный герцог Стеренхорда все время с начала сражения, слишком часто отводил взгляд, слишком крепко сжимал в плотную линию губы. Вряд ли дело здесь было, сообразил Айтверн с запозданием, в одной лишь пустяковой перебранке. Нечто иное должно было объяснять поведение сэра Данкана.
- Герцог Айтверн, - Тарвел все пытался, видимо, подобрать слова. - Я должен объяснить вам несколько вещей. Надеюсь, они не покажутся вам сложными. Как вы знаете, я, уже пятнадцать лет возглавляя свой владетельный дом, так и не озаботился тем, чтоб взять себе жену и завести детей. Не стану пускаться в объяснение обстоятельств, принудивших меня остаться холостым. Мне наследует сын моего покойного младшего брата Роберта, Алистер. Сам он уже год женат, однако его супруга, леди Клавдия, ребенка ему принести не успела. Сейчас Алистер - все, что останется от моего дома, в случае моей гибели. Если не считать троих кузенов по женской линии, которых я не считаю достойными наследниками, как вы не считаете достойным наследником, допустим, Лейвиса Рейсворта.
- Вы хотите сказать, что волнуетесь за судьбу племянника в этом сражении, - Артур почувствовал, как зимняя стужа заговорила вдруг его устами. - Я понимаю ваши чувства, Данкан. Роду Тарвелов тысяча лет, и будет печально, если его прямая линия сегодня прервется. Однако ваш племянник скоро, как вы сами сказали, уже прибудет сюда, и либо выживет, либо погибнет в предстоящем бою. Молитесь святым заступникам, чтоб они его защитили.
- Лорд регент... Сэр Артур, - Данкан Тарвел казался очень серьезным. - Я должен сказать, что сознательно ввел вас в заблуждение этим утром. Я действительно отправил Алистеру гонца, однако не с приказом идти на соединение к нам. Наоборот, как его сюзерен и глава семьи, я повелел Алистеру сниматься с лагеря и ускоренным маршем двигаться в направлении Стеренхорда. Также я повелел ему, в случае моих гибели или пленения, не продолжать бессмысленной борьбы, а признать своим господином нового короля в Тимлейне, кем бы он ни был. Заставив вас думать, что мы дожидаемся здесь Алистера, я склонил вас к решению принять бой. Задержав здесь войско мятежников, мы дадим время моему родичу безопасно покинуть пределы королевского домена.
В тот миг Артуру Айтверну очень захотелось поверить, что слух изменил ему или разум помутился. К несчастью, похоже это было не так.
- Вы обманули меня, Данкан, - сказал он наконец.
- Обманул, - не стал отрицать Тарвел. - Я сказал, что исполню любой ваш приказ, как регента и наследника трона, но в этом немного схитрил. Вы не отдавали мне никаких распоряжений на предмет Алистера, и я решил, что вправе сам распорядиться его судьбой. Простите меня великодушно, Артур, но затея, в которую вы втянули меня, обречена на неминуемое поражение. Даже если Алистер поддержит нас - мы выиграем сегодняшний бой, но войну проиграем. Значительных сил Запад нам уже не предоставит, ибо уверен, почти весь поддержал вашего дядю. Заняв Эленгир, мы будем там в такой же западне, как и здесь, и поражение наше станет лишь вопросом времени. Я бы ставил на месяц. Может, недели на три. К тому времени Рейсворт точно соберет достаточно много людей, чтоб пойти на штурм крепости, а нашим собственным солдатам изменит стойкость. Я не удивлюсь, если наши собственные офицеры предадут нас.
- Вместо этого меня предали вы, - сказал Артур тихо.
Он отвернулся. Посмотрел на друзей. Те не слышали его разговора с Тарвелом. Клифф и Блейр торопливо обедали в компаних местных капитанов и лейтенантов, расстелив походную скатерть прямо подле входа в лагерь. Кэмерон сидела на траве, запрокинув голову, и, слегка прищурясь, глядела в небо, чья синева проступала сквозь прорехи набежавших облаков. Вдова Хендрика Грейдана не казалась сейчас ни гордой, ни воинственной, ни холодной. Наоборот, на ее точеном лице проступало сейчас незнакомое, мечтательное выражение, а губы дрожали в намеке почти на улыбку.
"Интересно, - подумал молодой Айтверн, - а каково пришлось отцу терять мать?"
- Поймите меня правильно, Артур, - сказал лорд Данкан, и голос его был сейчас как никогда мягок. - Я не горжусь вами как учеником, и никогда не был действительно рад нашему знакомству. Я не могу назвать вас добрым человеком или порядочным. Вы горды и надменны. Для вас ничего не значат чувства других людей, и чужие жизни для вас также зачастую лишь пустой звук. Вы охотно отправите на гибель тысячи, если вдруг сочтете, что вам того хочется. Вы часто говорите о чести, но убили своего кузена Александра бессчестно. Также, как и этих троих вельмож сегодня. Я думаю, ваша честь - это что-то очень обтекаемое, что-то очень удобное в использовании. Некое расплывчатое понятие, рамки которого вы определяете сами.
- Я уже понял вас. Я подлец и мерзавец, которому положено болтаться на виселице. Так сказал сегодня Манетерли, прежде чем я проткнул ему сердце. - Артур резко повернул голову. Отложил точильный камень в сторону. - Тарвел, вы сказали, для меня не существует чести. Хорошо. Тогда ничто, никакая дутая выдуманная честь, не помешает мне казнить вас сейчас, как изменника.
- И вы это сделаете? - спросил Данкан.
Артур чуть помедлил с ответом.
- Нет. Ваши люди не поймут. И не поддержат меня после. Скорее всего, они сразу выдадут меня мятежникам, спасая собственные жизни, и на том и всей сказке конец.
Они немного помолчали. Артур все так же сидел, с мечом на коленях, Тарвел расположился напротив. Молодой Айтверн подумал, что день едва только перевалил за свою середину - а он уже немыслимо устал. Хотелось выпить, но рассудок следовало оставлять трезвым.
- Сами вы почему остались здесь драться? - спросил Артур. - Почему вчера обещали мне помощь, а не выгнали взашей или не передали сегодня Брэдли с рук на руки?
- Я не желаю рисковать жизнью своего племянника. Но рискнуть своей жизнью - вполне могу. Вы не слишком нравитесь мне, Артур - это я уже сказал. Но я уважаю вас. Вы сражаетесь до конца, даже будучи загнаны в угол, и рискуете собой столь же охотно и безрассудно, как рискуете окружающими. Я не одобряю вас, но моя собственная честь, такая же дутая и выдуманная, как ваша, призывает меня сегодня стоять на одной с вами стороне. Не спрашивайте, почему.
Айтверн рывком поднялся и вложил меч в ножны.
- Слова, слова, слова, как говорил один древний принц. Хватит, Тарвел. Не желаю вас слышать. Вставайте и проверьте караулы, а я последую примеру наших офицеров и перекушу. С утра у меня маковой росинки во рту не было. Надо набраться сил.