Darvest
Спи, моя радость, усни - в Эльсиноре погасли огни
Глава четырнадцатая

Вернувшись в Тимлейнский замок, Эдвард Фэринтайн получил на руки от Гленана Кэбри письмо, вложенное в большой белый конверт. Скрепляла этот конверт гербовая печать с оттиснутыми на ней тремя оскаленными песьими мордами. То был знак королевского дома Рэдгаров.
- Доставил полчаса назад гонец в гарландском мундире, - сообщил бывший оруженосец Эдварда, а ныне командующий его гвардии. - Прискакал, по его словам, из лагеря Данкана Тарвела, причем едва разминулся со следовавшими на юг полками, идущими под знаменами Айтвернов и Рейсвортов. Видимо, тот самый отряд, посланный верховным констеблем, дабы склонить этого своенравного стеренхордского сеньора к покорности.
- Ясно, - Эдвард сломал печать. Вытащил из конверта сложенный надвое лист тонкой белой бумаги и развернул его, быстро пробежав глазами исписанные аккуратным мелким почерком строчки. Надежда на хороший отдых, едва овладевшая им после стычки в городской ратуши, вновь сделалась ускользающей. Король Эринланда перевел взгляд на терпеливого ожидавшего его приказа капитана. - Глен, отправляйся вместе с Томасом к нашим солдатам, собери их всех до последнего человека, способного держать оружие. В ближайший час мы, возможно, покинем этот город.
- Вас понял, - граф Кэбри кивнул. - Куда отправимся?
- Совершить пару необходимых случаю безрассудств.
Отослав капитана, Фэринтайн еще раз перечитал отправленным владыкой Гарланда ему письмо, а затем передал его терпеливо молчавшей Кэран. Отошел к окну, и, заложив руки за спину, принялся изучать наполненный обычной дневной суетой крепостной двор. Пару минут поглядел туда, пока Кэран читала, а затем вернулся в кресло и вздохнул.
Послание Клиффа Рэдгара гласило:
"Любезный кузен!
Первым делом хочу сообщить, что наш общий друг, леди Кэмерон, да хранит Бог душу ее неразумного супруга, находится сейчас под моими покровительством и защитой. Сообща с ней мы решили оказать помощь герцогу Айтверну. Этот молодой человек выказал немалую храбрость и упорство, достойные лучших рыцарей Срединных Земель. И я, и леди Кэмерон полагаем, что должны поддержать его в борьбе против заговорщиков, претендующих ныне на власть в Тимлейне.
Я понимаю, что тебе наше решение может показаться недальновидным. Позиции графа Рейсворта и его сообщников кажутся безупречно прочными, и мудростью стало бы принять именно его сторону в этом конфликте. Однако некое чутье, дорогой друг и старый противник, подсказывает мне - не всегда стоит поступать мудро. Я мог бы привести с десяток доводов логики, почему эти люди не удержат власть, и какие именно внутренние свары и внешние противники развалят их коалицию не позже, чем в течении полугода от сего дня. Однако мне не хватит писчей бумаги, чтоб изложить подобные соображения. Я скажу проще - я вместе с герцогом Айтверном. Я не прошу и тебя примкнуть к нему, но прошу не оказывать явной помощи его врагам, ведь так ты окажешь помощь и врагам своей предшественницы на таэрвернском троне, вместе с которой некогда доблестно сражался против меня.
Мы находимся сейчас в лагере Данкана Тарвела, расположенном милях в пятнадцати к югу от иберленской столицы. Я пишу эти строки в шесть утра, сразу по прибытии сюда, и надеюсь, тебе они будут доставлены не многим позже полудня. Герцог Тарвел на словах выказал поддержку Артуру Айтверну, однако даже если эта поддержка окажется безусловной и безоговорочной, силы, которыми он располагает, не слишком велики. Наше положение почти столь же отчаянно, каким было твое, когда я осаждал твой стольный город. Я не прошу помочь, ибо понимаю, что в данный вопрос замешана политика, и здравый смысл может заставить тебя удержаться в стороне.
Однако если ты все же как-то, в меру своих сил, вмешаешься - я буду рад.
Я уповаю на тебя, старый враг, ибо больше нам здесь уповать не на что.
Со всем почтением, доставивший тебе много неприятностей в прошлом Клифф".
- Ты собираешься помочь ему, - без всякого выражения сказала Кэран, когда молчание совсем затянулось. Фэринтайн вздохнул еще раз.
Наследница Кэйвенов, некогда, в юности, называвшая себя Повелительницей чар, не позволила прорваться и капле овладевших ею эмоций. Эдвард, однако, давно изучил нрав своей супруги и хорошо разбирался в нем. Сейчас он не сомневался - Кэран зла на него. Решение, которое король Эринланда только что принял, действительно являлось редкостным безрассудством, идущим против любого здравого смысла.
- Я помогаю не только Клиффу. Кэмерон и Артуру тоже.
- И что ты сделаешь там, с двадцатью рыцарями? Собрался красиво погибнуть, подобно Хендрику? Нахватался от него героической дури? - Теперь Кэран уже не пыталась скрыть, что рассержена. - Последнее время я не узнаю тебя, Эдвард. Я выходила замуж за человека осторожного, умеющего принимать взвешенные решения. Этим ты выделялся среди своих взбалмошних родственников. Что теперь? Поддался наконец фамильному гонору? Слишком возгордился, нося на своей голове корону?
Фэринтайн накрыл лицо ладонями, медленно провел пальцами от уголков глаз к губам, успокаиваясь. Их брак с Кэран никогда нельзя было назвать спокойным, и ссорились супруги нередко. Темперамент его жене достался бешеный. Что сказать, если их свадьбе предшествовал поединок не на жизнь, а на смерть. Нередко даже сущие мелочи приводили к ожесточенным спорам. После очередной размолвки Эдварду часто казалось, что однажды он не сможет и дальше удерживать подле себя своенравную волшебницу. Фэринтайн думал - однажды он просто проснется и обнаружит, что остался в постели один. Кэран уйдет, исчезнет в той дымке старинных легенд и преданий, из которой прежде явилась.
Пока, однако, они были вместе. Общее дело объединяло их сильнее любви, привычки или даже занимаемого на двоих королевского трона. Несмотря на непонимание и ссоры. Несмотря на разочарование от невозможности зачать наследника, преследовавшее их уже много лет. Несмотря даже на порой прорывавшуюся взаимную усталость друг от друга.
"Мы последние чародеи, - говорила ему Кэран нередко. - Наш долг - овладеть силами, которыми распоряжались наши предки, проникнуть в секреты Древних, как во Вращающемся Замке, так и в других подобных местах, а также подготовить себе преемников. Сейчас мы олицетворяем собой новый Конклав магов. Однако мы не можем допустить, чтобы с нами он и закончился".
- Артур Айтверн обладает сильным даром, - сказал Эдвард. - Он потомок самих основателей прежнего Конклава. Эйдана, Оливера, Ричарда, Патрика и многих других чародеев древности. Я не могу позволить, чтоб человек с подобной наследственностью сложил голову столь нелепо. В какой-то мелкой стычке, на никчемной войне за корону, которой в будущих книгах по истории и двух страниц не уделят.
- Даже если Артур погибнет, у нас остается его сестра. И молодой Рейсворт. Лейвис совсем неплох. Он выручил меня своей поддержкой в ратуше. Если б не он, я бы не удержала потолок, прежде чем все успели выйти, но он помог. Я успела заметить, у него очень хорошие способности. Может быть, даже более сильные, чем у его кузена, за которого ты сейчас так печешься.
- Может быть, - не стал спорить Фэринтайн. - Однако сейчас у нас под присмотром находятся три молодых Айтверна - а через несколько часов, возможно, если я не вмешаюсь, останутся только два. Драконьих Владык осталось немного, и нельзя рисковать их жизнями.
- Будет лучше, если погибнет последний Повелитель Холмов? Оставишь трон на Гленана? Он не обладает и десятой долей твоей Силы. Простейшие из приемов магии даются ему с трудом. Много лет мы потратили на то, чтоб понять тайну, скрытую в Каэр Сиди. Сейчас ты едва-едва овладел этим могуществом, начал хотя бы понимать, как можно его применить. Гленан этой силой распоряжаться не сможет.
- Оно и к лучшему. Это не та сила, которой я хотел бы владеть. Не та, которой должен распоряжаться один-единственный человек, каким бы он ни был, пусть даже трижды король. Ты прекрасно понимаешь это и сама.
- Пусть так. Но скажи мне, Эдвард Фэринтайн - на кого ты оставишь меня?
Лорд Вращающегося Замка посмотрел на жену - и увидел, что глаза ее блестят от едва сдерживаемых слез. Порывисто встал с кресла, подошел к Кэран, склонился над ней, обнял. Та в свою очередь прижалась головой к его груди, с силой обхватила руками спину, вздохнула. Эдвард осторожно провел пальцами по плечам супруги, чувствуя их дрожь. Овладевшая почти всеми секретами магии, сколько их есть на свете; могущественная настолько, что могла бы убивать людей взглядом; никогда не робевшая с генералами и королями; Кэран боялась сейчас как ребенок. Эдвард понимал, что боится она за него.
- Прости меня, родная, - сказал он тихо. - Но я должен ехать. Там Кэмерон - если бы не она, не было бы сейчас страны, которой мы правим. Там Клифф. Он может и старый мерзавец, но дружили мы с ним дольше, чем воевали, и союзником он был верным. Помнишь Гледерика? Вот уж о ком я бы слова хорошего не сказал. Но он спас нас когда-то. Не потому, что был должен, а ему просто так захотелось. Я был тогда в ловушке, а он привез нам спасение. Артур Айтверн - от той же крови, что он. Я могу ему помочь.
- Ты можешь погибнуть, - пальцы Кэран упрямо вцепились ему в плечо.
- Как и сотню раз до того. Оставайся здесь, и присмотри за Лейвисом и Айной, пожалуйста. Эти дети запутались и сами не понимают, что творят. А я сделаю, что смогу, для их брата. Мы не просто чародеи - мы старше, умнее и опытнее их. Наша история уже рассказана, а их - происходит сейчас. Кто им поможет, если не мы? Клифф понял это первым. Теперь понимаю и я.
- Эдвард Фэринтайн, - голос Повелительницы чар был тих и решителен, - чтобы ни случилось, я запрещаю тебе умирать. Иначе из самой далекой бездны я вытащу твою душу, исторгну ее обратно в мир живых и подвергну таким мукам, каких ты себе и представить не можешь.
Он склонился и поцеловал ее в лоб:
- Конечно, родная. Конечно. Я ни за что не умру, ведь у меня лучшая на свете жена.

- Герцог Айтверн, - при виде Артура лицо капитана Стивена Паттерса посветлело, - вот и вы. Составьте нам компанию за столом, будем рады.
- Составлю, - хмуро ответил юноша, садясь на бревно, - вот только стола никакого я здесь не вижу.
Паттерс широко осклабился:
- Так ведь и мы не видим. Но давайте представим, что он тут есть.
Артур взялся за нож, нарезал себе конской колбасы, положил на хлеб. В животе урчало - он ведь пропустил завтрак, а минуло с пробуждения уже часа три или четыре, вместивших в себя переговоры и бой. Айтверн принялся за пищу, временами поглядывая на товарищей. Офицеры Тарвела держались весело, налегали на обед, попутно оживленно переговаривались. По рукам ходили две фляжки с вином. Сидевшие в общем круге Клифф и Кэмерон тоже казались расслабленными. Заметив выражение лица Артура, Кэмерон, однако, встревожилась. Вдовствующая королева подалась вперед, не стесняясь посторонних тронула его за руку:
- Выглядишь так, будто только что повстречал дьявола. Что не так?
- Герцог Айтверн разговаривал с герцогом Тарвелом, я видел, - вставил Паттерс. - Еще в начале сражения между ними случилась перепалки, если помните. - Капитан внимательно посмотрел на Айтверна. - Я понимаю ваши чувства, сэр, - сказал он с несвойственным ему обычно дружелюбием. - Лорд Данкан непростой человек. Не любит, когда ему перечат и не любит, когда отступают от старых правил ведения боя. Однако ни я, ни мои солдаты не осуждаем вас. Вы сражались доблестно, и мы признаем вас своим командиром.
- Дело не в недовольстве Тарвела, - Артур отрезал себе еще кусок вяленого мяса, положил в рот, наскоро прожевал. - Я служил в Стеренхорде два года оруженосцем и видал вашего господина в настроении и похуже.
- В чем тогда? - нахмурилась Кэмерон.
Айтверн чуть замялся, прежде чем ответить. Положение их маленькой армии и без того было отчаянным. Уступая противнику в численности трехкратно, они могли рассчитывать пока что лишь на защиту возведенных людьми Данкана за лето укреплений. Однако защита это сойдет на нет, как только из столицы прибудет осадный парк - а случится это, согласно заверениям покойного Брэдли, возможно уже завтра. Все надежды осажденных возлагались на скорый подход союзного отряда - что позволило бы вырваться из окружения и попробовать занять в ближайших окрестностях столицы крепость более надежную, чем на скорую руку сколоченный деревянный форт. Теперь этой надежды не осталось.
Артур не знал, как лучше сообщить товарищам о новостях, а потому сказал прямо:
- Алистер не придет. Сэр Данкан обманул нас. Он испугался за судьбу племянника. Говорит, не может рисковать жизнью наследника в безнадежном бою. Гонец, которого он послал к Алистеру, уехал с приказом бежать тому в Стеренхорд. Мы же, господа, стоим здесь не просто так - а чтобы задержать армию мятежников. Мол, вдруг бы решили те отыграться на последнем из Железных герцогов. Сэр Данкан знатный перестраховщик, я погляжу.
- Проклятье, - выпалил Паттерс прежде, чем кто иной успел бы вставить лишнее слово. - Вы не лжете?
Айтверн прищурился:
- По-вашему, я в настолько дурном настроении, чтобы вас разыграть? Нет, сударь. У нас две тысячи человек против почти семи, не считая наших обозников и прочих слуг. Однако даже если мы раздадим топоры и ножи всем маркитантам до последнего, врага все равно будет вдвое больше, и помощи нам уже не придет. У меня сложилось впечатление, что ваш, Остин, герцог, сам вознамерился героически умереть - и заодно прихватит в могилу всех нас.
Несколько сидевших рядом с Паттерсом офицеров обменялись тихими репликами - в которых слышались разом недоверие и недовольство. Капитан Греган так и вовсе посмотрел на юношу волком. Артур понимал, насколько сложно им оказалось принять услышанное. Он и сам это едва принял, и хотел бы, чтоб слова Тарвела оказались дурной шуткой. Дурной шуткой они, однако, не были. Юноша скосил глаза на Кэмерон - та сидела с каменным лицом, не проронив ни звука после принесенного им известия. Только пальцы сжали рукоятку меча с такой силой, что побелели костяшки. "Что ж, это не первый раз, когда леди Кэмерон оказывается в безысходном положении, окруженная неприятелем со всех сторон. Вот только сейчас нас и в самом деле никто не спасет".
- Что ж, чего-то подобного я ожидал, - сказал Клифф задумчиво. Чернобородый король сидел чуть сгорбившись, подперев кулаком подбородок. - Данкан Тарвел никогда не казался ни прямолинейным, ни излишне сговорчивым. Сиди он при дворе, а не прозябай в провинциальном замке, был бы, несомненно, самым хитрым и опасным среди политиков нынешнего времени. Я удивился, когда он так охотно пошел нам навстречу.
- Странно будет, - сказал Артур, - если вы ничего не предприняли на такой случай. Прежде в недостатке хитрости не упрекали вас.
Король Гарланда развел руками:
- Ну простите, сэр Артур, если не оправдываю ваших ожиданий. Я, конечно, набросал пару писем еще с утра. Своим людям, к примеру, ожидающим меня в безопасном месте с моей семьей - чтоб ехали в сторону гарландской границы. Что еще я могу сделать? До моего королевства отсюда почти триста миль и вызвать армию я не могу. К тому же, - Клифф усмехнулся, - я согласился драться вместе с вами, но пока не соглашался начинать войну. Здесь я неофициально, и вражеским командирам предпочел бы не попадаться на глаза.
- Однако, - заметил Артур, - здесь вы можете вполне официально умереть.
- Могу. Поэтому давайте думать, как нам выбираться из сложившейся передряги.
- Мы должны идти на прорыв, - сказала Кэмерон. - Посадим кого можем на коней. Если надо - по два человека в седло. Хоть по три, но людей нужно отсюда спасти. Вечером разберем часть стены, как стемнеет. Враг, надеюсь, не заметит. За полночь вырвемся, сомнем часовых.
- Потом куда? - спросил Паттерс. - Я не хочу возвращаться в Стеренхорд. Этот человек, герцог Тарвел, может и платил мне два года звонкой монетой, но сегодня мое доверие предал.
Артур очаровательно улыбнулся:
- Предыдущий капитан моей гвардии, Клаус Фаллен, не пользуется у меня особым доверием. Не удивлюсь, если он уже принял сторону восставших. Хотите занять его место, Остин?
- Почту за честь, сударь. Однако это не отменяет моего вопроса.
- В Малерионе у меня еще найдутся верные люди, я полагаю. Если даже нет - тамошних запасов золота с лихвой хватит на то, чтоб купить и вооружить наемников. Главное, занять цитадель. Если поспешим, будем там раньше мятежников. Город отлично укреплен и способен выдержать двухлетнюю осаду. Кроме того, это один из главных иберленских портов. Он способен принимать корабли как с запасами продовольствия, так и с войсками, - Артур выразительно посмотрел на Клиффа. Тот усмехнулся:
- Вы все же предлагаете мне сделать войну Иберлена и Гарланда делом решенным.
- Я лишь прошу Гарланд помочь мне, как правой руке иберленского короля, покончить с этим восстанием. Как покинем это место, разделимся. Вы - в сторону вашей границы и ваших войск, я - в Малерион, собирать свою армию. Если ударим сразу с запада и востока, Тимлейн будет наш не позже следующей весны.
- Я подумаю, - сказал Клифф неопределенно. - Если мы все же это место покинем. Живыми. Леди Кэмерон, ваш план хорош, но рискован. Лошадей у нас куда меньше, нежели людей. Всех мы отсюда не выведем, а если потащим в седлах по два человека сразу, кони пойдут медленнее, и враг нас догонит. Предлагаю собрать отряд только из рыцарей и конных стрелков, а всю прислугу и пехоту оставить здесь. Командующие армией противника полагают себя людьми благородными, и не станут отыгрываться на челяди и простых бойцах. Скорее всего, распустят их по домам или вовсе возьмут себе на службу.
- У меня нет привычки, - Кэмерон гордо вскинула подбородок, - бросать своих людей.
- Свои вы может и не бросаете, но эти солдаты не ваши, а герцога Тарвела. Я привык рассуждать как стратег, простите меня за это. Лишняя тысяча человек погоды сейчас все равно не сделает. Нам нужно собрать кавалерию в кулак и выручать ее. Имеющегося ее состава в самом деле хватит герцогу Айтверну, чтоб занять какой-нибудь подходящий, не занятый врагом город.
- Я поддержу его величество Клиффа, - признался Паттерс. Два других капитана, Греган и Лирман, кивнули - второй, правда, после короткой заминки. - Нужно собрать к вечеру сотен пять конницы, самое большее - восемь, и полагаться на нее. Нас здесь слишком мало для того, чтоб выдержать длительную осаду, и слишком много - чтоб получилось отчаянное бегство. Но решать вам, герцог Айтверн.
Артуру почти не пришлось раздумывать. Во многом он разделял позицию Кэмерон и сам не хотел бросать людей, вставших сейчас под его стяг - пусть и вставших лишь по приказу своего сеньора. С другой стороны, очевидно было, что Клифф прав. Эвакуировать весь лагерь не получится - придется ограничиться лишь костяком конницы, наиболее подвижной ее частью. Всем прочим, кто не покинет форт, мятежники скорее всего и впрямь не сделают ничего дурного.
- Господа капитаны, - обратился Айтверн к троице офицеров, - кому в большей степени подчиняются ваши роты, герцогу Тарвелу или вам?
- Нам, - ответил Паттерс без колебаний. Оба его товарища утвердительно кивнули. - Я со своими людьми перешел к Тарвелу на службу всего пару лет назад, покинув Тресвальда. Лирман здесь тоже недавно. Мы идет за тем, кто заслужит наше уважение, а старина Данкан его только что потерял.
Артур вдруг почувствовал, как в его голове формируется план. "Я потерял собственную гвардию вместе с Фалленом - но возможно, смогу обрести новую здесь? Раз Тарвел подвел меня, я вправе взять с него возмещение ущерба. Его собственными людьми".
- У нас тут шесть с половиной сотен добрых гвардейцев под началом, все с оружием и лошадьми, - ответил ему Паттерс.
- А рыцари и вассалы Стеренхорда, что скажете о них?
- Этими Данкан командует лично, и с ними лучше разговор не вести. Их здесь всего двести человек, большая часть осталась с Алистером. Остальное копейщики и лучники.
- Я вас понял. - Артур подался вперед. - Господа Паттерс, Лирман, Греган. Вы сами признали, что сражался я сегодня храбро, а золота в моих сундуках больше, чем у любого другого иберленского дворянина, и жалование своим солдатам я плачу исправно. Один мой друг - наш король, другой - король Гарланда, - юноша указал на Клиффа, - и королева Эринланда - тоже на моей стороне. Предлагаю вам поступить мне на службу - жалеть вам о том не придется.
- Клянусь честью, - воскликнул Паттерс, - не предложи вы того сейчас, я бы сам просил вас об этом. Меня оскорбляет идея о службе человеку, из непонятных соображений заведшему нас почитай на верную гибель - а вы, по крайней мере, можете нас спасти.
- Согласен, - поддержал его Лирман, а Греган просто кивнул.
- Что ж, господа офицеры, добро пожаловать под драконий стяг. Выслушайте теперь мои распоряжения. Оповестите своих лейтенантов, а те пусть оповестят сержантов - в два часа ночи всеми вашими шестью сотнями человек выходим в рейд на противника. Те как раз собрались стать напротив нас лагерем - объявим своим, будто намерены навести в этом лагере шороху. Сами же прорвемся сквозь их посты и будем скакать на запад столь быстро, насколько хватит духу, по Окружной дороге. Но никто, кроме нас, присутствующих здесь, не должен догадываться, что наша вылазка - на самом деле бегство.
- Я понял вас, - сказал Паттерс. - Тарвела вы с собой не берете?
- Не беру. Герцог Тарвел останется здесь, командовать своими ленными рыцарями и челядью. Думаю, с предводителями неприятеля он как-нибудь найдет общий язык, и они отпустят его живым в Стеренхорд. А если нет... - Артур пожал плечами, - на нет и суда нет. Я уже не смогу доверять сэру Данкану, в любом случае - а значит, лучше наши дороги разойдутся.
- Жестоко, - пробормотал Клифф, - но правильно.
- А вот я не уверена в правильности ваших решений, сэр Артур, - Кэмерон посмотрела на юношу едва ли не с вызовом. - Пусть мы не можем вывезти всю прислугу, я понимаю, подобное нам не по силам. Однако мы можем договориться с Тарвелом и уйти хотя бы вместе с ним и всеми его рыцарями.
- Договориться? - Айтверн едва не фыркнул. - Моя дорогая леди, простите меня, но когда я в предыдущий раз договаривался с этим господином, это стоило мне жизни моего друга, Александра Гальса. Хватит с меня договоров. Людям, присутствующим здесь, я доверяю, а сэру Данкану - больше нет. На этом любые прения и закончим.
По Кэмерон было видно, она готова спорить и дальше. Тем не менее, эринландка сделала над собой явственное усилие и кивнула:
- Хорошо. Командуешь нами, в самом деле, ты. Я не стану тебе перечить.
- Замечательно, - Артур потянулся к большой головке сыра. - А теперь, раз мы в целом определились с планами, продолжим обед. Я не думаю, что вечером враг еще раз осмелится пойти на приступ - но исключать такой возможности все равно нельзя. Занимайтесь затем своими людьми, готовьтесь к ночи, а я останусь с пехотинцами на воротах. На случай, если состоится еще одна атака.
- Ты думаешь, - спросил Клифф, - Тарвел поверит, что ты вознамерился именно напасть ночью на вражеские отряды, а не сбежать налегке, оставив его одного?
- Может и не поверит, - пожал Артур плечами, - но разницы уже нет. Собственной гвардии он только что лишился. Соотношение сил у нас получается почти равное, и междоусобной бойни не допустит ни он, ни я. Так что как-нибудь сэр Данкан переживет наш уход.

Тимлейн был напряжен и встревожен. Вести о том, что Король-Чародей нанес новый удар, явив свою магию прямо на принесении нобилями присяги Айне Айтверн, в мгновение ока разлетелась по столице. Жители заперлись в своих домах, закрыли оконные ставни. Патрули перегородили основные городские проспекты. Центральные районы и окрестности королевской цитадели остались открытыми только для солдат и лиц, исполняющих поручения Коронного совета. Лорд-констебль Рейсворт распорядился привести войска в полную боевую готовность. Он приказал армии ожидать вражеского удара, каким бы тот не оказался, в любую минуту.
Отряды, в количестве четырех тысяч человек, что должны были этим вечером выступить на юг, на поддержку ушедшему вчера усмирять герцога Тарвела Эйтону Брэдли, и доставить ему стенобитные машины и приставные башни, также остались в Тимлейне. Теперь эта затея явно становилась для Рейсворта и Эрдера не самым важным делом. Неизвестный противник обрушил колдовство в самое сердце казалось бы захваченного ими государства, и теперь вчерашние победители напряженно ожидали следующей его атаки. С мрачной иронией Эдвард Фэринтайн подумал, что устроенный темными эльфами демарш невольно сыграет на руку Артуру Айтверну. Если бы не наведенный ими в столице переполох, дополнительные войска уже двигались бы на подмогу Брэдли и Ардерону - и тогда Айтверна и Тарвела не выручило бы ничто. Теперь же у них, возможно, появился шанс.
Оставив Кэран в королевском замке, под охраной двадцати своих гвардейцев, Эдвард взял с собой полтора десятка рыцарей, в их числе капитаном Кэбри и Свона. Кэбри и прежде знался с иберленцами - так, например, он дружил с покойным Гледериком, когда тот подвизался при эринландском дворе, и сопровождал его некогда в одной довольно щекотливой миссии. Томас же Свон был известен как храбрый и умелый воин еще со времен последней гарландской кампании, где сражался под началом Джеральда Лейера, ставшего ныне генералом.
Столицу эринландцы покинули спокойно, не встретив по пути никаких препон со стороны охранявших внутренние и внешие ворота стражников - а вот Королевской тракт оказался перегорожен баррикадой из сваленных друг на друга телег. Командовавший стоящим здесь же отрядом офицер сообщил Фэринтайну, что главная южная дорога закрыта для проезда и пешим, и конным приказом констебля Рейсворта.
- Далее расположились части Данкана Тарвела, известного пособничеством узурпатору, и никому в этом направлении дороги нет, - сообщил рыжебородый лейтенант.
- Разве Данкан Тарвел успел поднять оружие против королевы Айны? - делано удивился Эдвард. - Насколько знаю, известий о подобном происшествии не поступало, а я приближен к вашему королевскому совету. Что до прошлого пособничества узурпатору, с каких пор это сделалось преступлением? Еще недавно граф Рейсворт и сам привел армию узурпатора в этот город.
Солдаты угрожающе положили ладони на рукоятки мечей и теснее сдвинулись плечами, но их предводитель сделал успокаивающий жест. Ссориться с королем Эринланда в его намерения не входило явно.
- Я ничего не знаю о политике, - сказал он просто. - И мне все равно, кто носит корону. Мой командир дал мне приказ - его я и исполняю. В южном направлении Королевский тракт закрыт. Если желаете ехать на юг, милорд - ваше право. Только езжайте, я вас прошу, каким-нибудь другим путем.
- Так и поступлю, вы уж поверьте, - бросил Эдвард и развернул коня. - Только смотрите, чтоб ваше равнодушие, кто носит корону, не вышло вам в конечном счете боком.
Выезд на Окружную дорогу, делавшую изрядный крюк с запада, оказался свободен - им небольшой отряд и воспользовался. Эринландцы не жалели коней, скакали почти во весь опор. Путь оставался свободен - солдат не встречалось, а простые путники, завидев вооруженную кавалькаду, спешили убраться на обочину. Эдвард даже успел немного подремать в седле, сказалась выработанная за многие годы походной жизни привычка. Невольно ему вспомнился другой марш, некогда совершенный им - от замка Каэр Сейнт, где сложил голову его старший брат Гилмор, к Таэрверну. Эринландская армия тогда понесла страшный разгром на Броквольском поле, где пал король Хендрик, и враг прорывался к столице. Тогда Фэринтайну казалась, что родина его находится на самой грани уничтожения. Это сейчас Клифф Рэдгар сделался добрым соседом. Тогда он был разбойником, готовым захватить его дом.
"А сейчас я и сам не знаю, что за игра пошла и какие в ней ставки, - подумал Эдвард невесело. - Смертельные противники превратились в друзей, а Фэринтайн спешит спасти Айтверна от неминуемой смерти". Когда-то давно, он читал, Айтверны, Фэринтайны и Кэйвены уже были союзниками - на той войне, когда погиб прежний Конклав.
Часу в пятом пополудни Фэринтайн и его свита нагнали большой воинский отряд, также следующий на юг. На глаз - двадцать или тридцать сотен, все хорошо вооруженные. Почти половина - тяжелая конница, остальные пикинеры и алебардисты. Шли солдаты под флагом Стеренхорда - вставшим на задние лапы медведем. Завидев эринландцев, отряд под приказы своих командиров встал, и Фэринтайна отвели к его предводителю.
Плечистый черноволосый здоровяк, облаченный в панцирные латы и сидящий верхом на белом в серых яблоках коне, был Эдварду незнаком. На вид молодому рыцарю было что-то около двадцати пяти лет, и серые его глаза смотрели прямо и ясно. Он поздоровался с Фэринтайном рукопожатием, оказавшимся поистине медвежьим.
- Доброго дня, любезный сэр. На лицо вы - ни дать ни взять эльф с картинки из книги.
- Я эльф и есть, - ответил эринландец без улыбки. К подобным замечаниям он привык с детства. - Я Эдвард Фэринтайн, государь Эринланда. Мои предки, если слышали, жили когда-то в чертогах под холмами.
- Вот так гости в нашем захолустье, - присвистнул незнакомец. - Мое почтение, сэр король. Меня звать сэр Алистер, из дома Тарвелов Стеренхордских. С чем вы пожаловали в наши края, с дружбой или с враждой? Мне донесли, что в государстве началась смута, и я двигаюсь на помощь к моему дяде, сэру Данкану. Если вы на стороне мерзавцев, узурпировавших Серебряный Престол, доставайте оружие. Я сражусь с вами один на один, будь вы хоть трижды король.
- В сражении нет нужды, - ответил Эдвард спокойно. - У меня здесь те же цели, что и у вас. Я покинул Тимлейн, узнав, что в ставке вашего дяди находится герцог Айтверн. Я спешу оказать ему помощь. У меня с собой, как видите, немного солдат - но сейчас сэру Артуру пригодится, полагаю, каждый меч.
"А также магия, которой я владею", - подумал Фэринтайн про себя, но вслух говорить не стал. Прежде ему нечасто доводилось испытывать свое колдовство в открытом бою. Возможно, однако, придется испытать сегодня - уже во второй раз за день.
Алистер Тарвел прищурился. Посмотрел на эринландского короля без всякой доверчивости:
- А вы не врете, любезный? Насчет того, что поддерживаете Айтверна, а не его врагов? Сами посудите, у меня с собой солдат - двадцать семь сотен и еще пятьдесят клинков, а у вас и двадцати голов не наберется. Не желаете ли вы сойти за союзника, опасаясь моего гнева?
- Будь я вам врагом, просто не стал бы вас догонять - ввиду вашего численного перевеса. Не будьте слишком недоверчивым, сэр Алистер. Я в самом деле сражаюсь против тех же людей, против которых сражаетесь вы, и прошу довериться мне в этом вопросе. Даже иберленцам должно быть известно, что Фэринтайны никогда не бьют в спину.
Последние слова не соответствовали действительности - если вспомнить хотя бы коварство покойного Гилмора, в свое время заведшего собственного брата в смертельную, как думалось ему, ловушку. Однако этой истории сэр Алистер не знал, да и слава о владетелях Каэр Сиди в самом деле шла добрая, так что младший Тарвел явно расслабился. Он предложил Фэринтайну и его людям занять рядом с собой и избранными своими товарищами место во главе авангарда. Сразу после этого небольшое войско двинулось дальше.
- Значит, - спросил Эдвард, - ваш дядя призвал вас к себе на помощь? В таком случае, встретились мы весьма удачно.
Молодой Тарвел улыбнулся, но без всякой веселости.
- Так, да не так. Ко мне явился два часа назад гонец, и конь под ним был весь в мыле. Гонец доставил письмо от дяди, а в том письме говорилось, чтоб я немедленно собирал людей и убирался домой, в Стеренхорд. Лорд Данкан сказал, Гайвен Ретвальд свергнут собственными сподвижниками, а к нему самому явился герцог Запада с очередной просьбой о помощи. Дядя решился эту просьбу принять, вот только считает весь замысел обреченным на провал. Он не хотел втягивать меня во всю заварушку.
- Однако вы втянулись. По собственной воле, получается? Против воли своего сюзерена?
Сэр Алистер покосился на Эдварда чуть ли не с удивлением:
- А вы думали, я побегу? То есть мой дядя, кажется, думал. Вот только, - молодой рыцарь замялся, - вот только он мой дядя, а не все же какой-то там иноземный пес, которого я знать не знаю и в глаза не видел. Оставить сэра Данкана одного в таком положении я не мог. Минут за пятнадцать я написал письмо жене, дал наказ все тому же гонцу везти его в Стеренхорд, а сам оказался здесь.
- Ясно, - сказал Эдвард без всякого удивления.
Старший Тарвел, видимо, решил проявить хитрость - да вот только эта хитрость сломалась об честность и прямоту его наследника. Подобное положение дел было Фэринтайну на руку, ведь теперь сопровождение, с которым он ехал на помощь Айтверну, увеличилось более чем в двадцать раз. Дело переставало казаться таким уж безнадежным - особенно если учесть, что силы Рейсворта заперты в столице, в ожидании нового нападения со стороны Короля-Колдуна, и не выручат теперь Брэдли.
Отряд ехал молча, и какое-то время Эдвард слышал только свист ветра в ушах да стук конских копыт. Вопреки первоначальному впечатлению, особенно разговорчивым молодой Тарвел все же не был. Напротив, стоило войску тронуться, он погрузился в собственные мысли. Иногда, впрочем, племянник Тарвела принимался беззвучно шевелить губами, вглядываясь в линию горизонта.
Минут через пятнадцать Эдвард спросил его:
- Сэр Алистер, а что вы написали своей жене?
- Что обычно пишу, - ответил наследник Тарвелов слегка недоуменно. - Что люблю и скучаю. Еще приложил полагающийся случаю сонет - сочинился как раз накануне.
- Я имею в виду, не было ли это письмо прощальным? На случай ваших возможных поражения и кончины? Предупредили ли вы супругу о подобной возможности?
- Что? Поражение? Кончина? Какую чушь вы несете, любезный король. Мы едем побеждать - в этом я уверен абсолютно точно, - сэр Алистер улыбнулся и ударил коня по бокам.
Невольно подумав, что попал в компанию двойника покойного Хендрика, Эдвард Фэринтайн пришпорил собственную лошадь - и без труда нагнал иберленца. Какое-то время два рыцаря ехали бок о бок, вырвавшись на несколько десятков ярдов вперед воинской колонны, и Фэринтайн слушал, как Тарвел мурлычет себе под нос старую походную песню. Через некоторое время он принялся ему подпевать.

Вопреки всем ожиданиям, часам к пяти вечера осаждающие вновь попытались пойти на штурм. Основная их часть, впрочем, в этой попытке не участвовала - приведенная покойным Брэдли армия отошла на другой край поля и принялась разбивать там стоянку. Отправленные к ближайшему лесу команды вернулись с поваленными и наскоро лишенными веток древесными стволами, которые тут же оказались вбиты в землю как основа для будущих шатров. Пока, однако, большая часть вражеских солдат обустраивала себе привал, еще несколько их сотен предприняли попытку вновь взять на зуб ворота обороняемого людьми Тарвела форта.
На сей раз в атаку пошла тяжелая панцирная пехота. Вооружением им служили закинутые на спину двуручные мечи. Прикрываясь большими, в полный рост, прямоугольными щитами, нападающие смогли подойти к лагерю, почти не понеся потерь от сделанных лучниками капитана Бэлфура выстрелов.
Вновь, как и в прошлый раз, Артур Айтверн встал в створке поверженных ворот, возглавив их защиту. Щит на сей раз он взял потяжелее и покрепче, и сам без устали разил мечом. Со второго раза дело пошло веселее, и никаких серьезных опасностей жизни молодого герцога Запада на сей раз не представилось.
Артур дрался в прочном строю, плечо к плечу с прочими латниками, и старался не вырываться вперед. Напротив, и сам как мог прикрывал товарищей. Если он видел, допустим, что какой-то из врагов, атакуя стоявших рядом друзей, открывает себе корпус или, что случалось реже ввиду длины их щитов, ноги - Айтверн немедленно бросался вперед и производил выпад. Здесь его умение метко колоть, отработанное в учебных и боевых поединках на длинной шпаге, оказалось как нельзя встати. Артур делал длинный шаг вперед, наносил удар или тычок - и тут же отступал, прежде чем другой, более пронырливый противник, успел бы раскроить ему череп. Таким манером ему удалось за те сорок минут, что длилась схватка, поразить насмерть семь или восемь противников - а ранить, наверно, и того больше.
Бой так и не перерос в беспорядочную свалку, солдаты с обеих сторон сохранили четкой строй. Солдаты Тарвела держались крепко, и атакующие так и не смогли прорваться сквозь их ряды. Видя, что противник не поддается, наступающие через какое-то время отступили, пятясь и не показываясь спин, обратно к ожидавшим их на удалении соратникам.
Несколько позже Артуру сообщили, что вся эта попытка штурма была не более чем отвлекающим маневром, и что в тот же самый момент еще одно неприятельское подразделение зашло к форту с другой, тыльной стороны, в месте, где на стене стояло меньше всего караульных. Лазутчики забросили поверх частокола крочья и сделали попытку забраться наверх. К счастью, часовые вовремя заметили их, кликнули на подмогу себе еще бойцов и вскоре перебили всех незваных гостей. Возглавил этот участок обороны как раз капитан Паттерс, случившийся неподалеку.
Тогда, впрочем, Айтверн ничего этого не знал. Едва закончился бой, он отошел обратно к костру, за которым недавно обедал, взялся за бурдюк с водой и принялся жадно пить. Горло пересохло, а легкие, казалось, горели огнем.
Рядом появился герцог Тарвел, до того отсиживавшийся в своем шатре.
- Отличная вышла драка, мальчик, - сказал он, садясь на то же бревно рядом. - Я вижу, ты хорошо справляешься. Раньше слухи говорили о беспутном сыне лорда Раймонда, пьянице и развратнике. Теперь, если мы все переживем этот день, ты запомнишься людям совсем иным. Начнешь запоминаться.
- Не называйте меня больше "мальчиком", сударь, - ответил Айтверн холодно. - Я не потерплю подобного обращения ни от вас больше, ни от кого-нибудь другого. И используйте со мной, пожалуйста, слово "вы", а не "ты".
- Никаких попыток к примирению вы, значит, не принимаете? - спросил Тарвел неожиданно тяжело. В прошлом решимость Артура непременно бы дрогнула, и ему сделалось бы жаль наставника. Он бы сказал ему что-то теплое и постарался решить дело миром, забыв случившуюся размолвку. Сейчас, однако, сердце юноши билось спокойно и ровно.
- Мы не ссорились, - сказал Артур. - Просто солдату не позволено обращаться к командующему на "ты", а вы мой солдат.
- Понял вас, командир. Слышал, вы собираетесь ночью ощипать тылы наших противников. Смелая затея. Считаете, дело того стоит?
- Не вижу других выходов, - пожал Айтверн плечами. - Вашей милостью прежний план, куда с большей надежностью дававший нам шансы на победу, провален. Теперь мы - словно загнанный зверь, ожидающий прихода охотника, а охотник этот должен явиться уже скоро. Сбежать мы не сможем, понимаете сами - всю армию отсюда не уведешь, а драпать с горсткой людей, оставив остальных на произвол судьбы, я не стану, - ложь далась ему легко и непринужденно, словно Артур и прежде лгал о подобных вещах раз по десять на дню. - Поэтому единственный выход - наброситься на противника нежданно, пока он не готов к подобной наглости от нас, и убить столько врагов, сколько получится. Когда попробуют окружить - вырвемся и возвратимся сюда.
- В самом деле, разумно. Разрешите составить вам компанию в грядущем предприятии.
"Я разрешу вам это - и окажусь тем самым вынужден лицезреть ваше лицо и впредь подле себя, милейший Данкан?" Непрошенная фраза едва не сорвалась с языка, но Айтверн сдержался и вместо того спросил:
- Впредь вы предпочитали ставку командования полю боя. Что изменилось?
- Я виноват перед вами, - на мгновение голос Данкана все же дрогнул, - и потому желаю загладить свою вину. Вы рискуете жизнью - и я рискну своей вместе с вами.
- Спасибо, но я не нуждаюсь в ваших услугах. Возвращайтесь в свой шатер, к книгам, постели и теплому питью. Не забудьте поесть горячих овощей на ночь.
- Сэр Артур. Я не часто обращаюсь с подобными просьбами - ни к вам, ни к кому бы то ни было иному. Разрешите мне драться.
- Не разрешаю. Разговор окончен. Идите отсюда, и, пожалуйста, побыстрей. Вы, сударь, начали меня утомлять.
Данкан порывался сказать что-то еще - но Айтверн запахнулся в плащ, будто его знобило, и сел к владетелю Стеренхорда спиной. Тот еще минут с пять посидел рядом, потом поднялся, тяжело вздохнул и ушел, поняв, очевидно, полную тщетность своих попыток. Некоторое время Артур был занят тем, что вновь натачивал меч, хоть никакой нужды в этом не было. Сделанный древними мастерами клинок и без того оставался безупречно острым. Затем к юноше подошла Кэмерон и встала рядом.
- Ты знаешь, что я не одобряю твой план, - сказала она.
- Знаю. Явилась мне попенять? Не ты первая, не ты последняя в этом ряду. Можешь, впрочем, приступать. Я послушаю, хотя и не обещаю, что внимательно, - Артур разговаривал с ней все так же равнодушно, как говорил перед тем с Тарвелом. Он вдруг понял, что бессмысленно оправдывать перед окружающими собственные действия. Если все равно окажешься заклеймлен и осужден, не придавай чужим мнениям и вовсе никакого веса.
Кэмерон наклонилась - и вырвала у Артура меч из рук. Сделала она это столь внезапно, что от неожиданности Айтверн растерялся и даже не успел ей помешать. С удивлением юноша посмотрел на вдову Хендрика Грейдана, а та, сделав несколько пробных взмахов клинком, вернула ему его обратно, рукояткой вперед:
- Нужно было как-то вырвать тебя из этой мрачной апатии, - сказала она чуть извиняющимся тоном, - и никакого способа лучше не пришло мне на ум. Слушай, Артур, - Кэмерон чуть замялась. - Я уже сказала, что не согласна с тобой, но это ничего не меняет. С Хендриком я тоже не всегда бывала согласна - однако уважала его право принимать решения самому.
- Помнится, это своеволие в конечном счете привело короля Хендрика в могилу.
- Совершенно верно. И тебя однажды приведет, если не будешь меня слушаться и дальше, - сказала Кэмерон неожиданно весело. - Но сегодня, так и быть, побудь немного упрямым. Умирать мне еще не хочется, и лучше твой план, чем какой-либо прочий. Ладно, хватит сидеть тут с потерянным видом. Пошли в твой шатер.
- С какой целью? - спросил Артур медленно, глядя на эринландку. Та стояла перед ним, так и не снявшая до сих пор боевого доспеха, и черные волосы лежали на плечах. Начавшееся уже клониться к западу солнце четче обрисовывало ее фигуру.
- А ты как считаешь, с какой? - Кэмерон наклонилась и поцеловала его в губы. - Ты мужчина, я женщина, и у нас еще осталась пара свободных часов, прежде чем мы рванем костлявой в самую пасть. Проведем это время вместе.
Объятия Кэмерон оказались прочнее прочного, и каждый поцелуй ее заставлял Артура надеяться, что его жизнь не закончится этой ночью.