18:56 

Darvest
Спи, моя радость, усни - в Эльсиноре погасли огни
Глава восемнадцатая

- Вот, значит, какой ценой ты вернул себе власть, - сказал Артур.
Они вдвоем, Айтверн и Ретвальд, сидели в королевском кабинете, возле раскрытого настежь окна. День выдался погожий и ясный - будто и не закончилось лето. В густом синем небе плыли редкие облака, пригревало послеобеденное солнце. Гайвен расположился, как обычно, за своим просторным столом из мореного дуба, на котором сейчас не было никаких бумаг.
Наследник Бердарета-Колдуна оставался таким же, как и всегда - спокойным, рассудительным, слегка отрешенным. Немного грустным. Казалось, начнет сейчас рассказывать про недавно прочитанный естественнонаучный трактат или обсуждать перипетии древней истории.
С дворцовых паркетов уже убрали следы крови, заменили разбитые вазы и порваные портьеры на целые и свежие, и конечно, нигде не осталось никаких трупов. Никаких следов случившего в замке минувшей ночью боя, не считая до сих пор не починенных дверей приемного зала. Вот только на лицах уцелевших слуг отпечаталась несмываемая бледность, да караул у монарших покоев несли существа, которые были кем угодно, только не людьми.
- Ты понимаешь, - сказал Гайвен, - должен понимать, что не существует никакой цены, приемлемой или неприемлемой. Все эти рассуждения придуманы лишь затем, чтоб попусту тревожить умы. Имеется лишь цель, которой нужно достигнуть, и если цель того стоит - неважно, каким путем она будет осуществлена. Мы научились этому у наших врагов - и только так сумели бы их победить.
Артур подумал о всех людях, которых он победил нечестным путем, обо всех ударах в спину, что сам нанес, обо всех уловках, которыми воспользовался, чтобы выжить и защитить близких, с того самого майского дня, как похитили Айну. Вспомнил слова упрека, брошенные ему вчера сэром Данканом; вспомнил, как умирал Александр.
- Ты привел в Иберлен темных фэйри, - сказал Айтверн, потому что больше не нашел, что сказать.
- Это всего лишь солдаты - причем очень хорошие. Значительно лучше наших. С двумя сотнями я захватил этот город. С двумя тысячами, наверно, смогу захватить целую страну.
Посыльный из Тимлейна явился в лагерь Тарвела в девять утра - вырвав Артура из тревожного, темного сна, в котором кто-то отчаянно взывал к нему и по-прежнему никак не мог достучаться. Гонец был молчалив и бледен, сказал, что его величество Гайвен Первый вернулся в столицу, истребив ненадолго овладевших ею мятежников, и теперь призывает герцога Запада к своему двору. Почуяв сразу неладное, Артур попросил Кэмерон оставаться в ставке сэра Данкана, под защитой капитана Паттерса и Клиффа. Сам же, в сопровождении Эдварда Фэринтайна и тридцати всадников, явился в город.
На привратных башнях вновь развевалось знамя с хорьком, и гвардейцы, что еще вчера подчинялись Роальду Рейсворту, пропустили герцога Айтверна в Тимлейн без малейших препон. Видно, уже получили соответствующий приказ. Столица неприятно удивила Артура незримым напряжением, сгустившимся в воздухе. Карет и конных на улицах почти не было, немногие пешие прохожие спешили убраться с пути кавалькады, ехавшей под знаменами Драконьих Владык и Серебряного Единорога.
Когда Артур и Эдвард прибыли в цитадель, они узнали, что прежний Коронный совет истреблен почти весь, а отрядом личной охраны вновь севшего на трон государя сделались сиды из Волшебной Страны. Те самые, что убили лорда-констебля, герцога Севера, многих министров - и еще примерно четыреста человек, попавшихся им под руку во время штурма.
- Сегодня вечером у меня назначена встреча с магистратом и торговыми гильдиями, - сообщил Гайвен. - Я объявлю им о новом государственном устройстве Иберлена. В древности существовал строй правления, известный как абсолютная монархия. Я намерен его возродить. Больше не будет никаких доменов, управляемых владетельными лордами. Аристократам останутся их фамильные замки - и не более того. Я разделю страну на провинции, и во главе каждой будет стоять назначаемый короной губернатор. Единые налоги, единые законы, единый суд, общий для всех - от герцога до последнего бедняка. Не сохранится ни феодальных владений, ни частных армий. Они сложат оружие либо вольются в мою.
- Звучит прекрасно, - сказал Артур бесцветно. - Уверен, когда этот порядок впервые вводился в старые дни, слетело немало голов. Сколько слетит их на этот раз?
- Сколько потребуется. Если будет нужно, я разрушу и Шоненгем, и Дейревер до последнего камня, предам смерти любого бунтовщика, кто возвысит голос против меня.
Он не преувеличивал. Глядя сейчас на Ретвальда, Айтверн понимал, что тот полностью уверен в своих словах. Его можно было понять - до какой-то степени. Обложенный вражеской армией в ставке сэра Данкана, сражающийся без надежды выжить, Артур и сам считал, что пойдет на все, лишь бы только уничтожить врага. И все же, подумалось ему сейчас, должна существовать некая черта, которую не стоило переступать.
Герцог Запада только не знал - не переступил ли он эту черту уже и сам тоже.
- Что будет дальше? - спросил он тихо.
- Дальше? Подойдет войско, которое мне обещал Келих Скегран, владыка Волшебной Страны. Оно будет здесь через месяц, может быть через два. Пять или десять тысяч солдат, он не сказал точно. Этого, впрочем, хватит с лихвой - учитывая, что обезглавленная армия Иберлена тоже подчинится мне. Столичные полки - уже подчинились. Я двину войска к границе и перейду ее, прежде, чем наступит зима. Я сокрушу Лумей и Бритер, Гарланд и Эринланд, Либурн и Падану, а также все прочие государства материка, от западных морей до восточных. Вместо множества Срединных королевств появится одно.
- В этом замке уже сидел человек, говоривший мне про империю. Мы не нашли с ним общего языка. Чем, скажи мне, ты теперь сам отличаешься от Гледерика, свихнувшегося от своих амбиций?
- Тем, что я должен эту империю построить. Мой дед показал мне прошлое - каким мир был раньше, почему миллиарды людей погибли ни за что, из-за глупости и гордыни своих никчемных правительств. Человечеству нужен порядок, и я его создам. Мы вместе создадим его, Артур. Армии, которую я соберу, потребуется генерал.
"Это именно то, о чем я сам недавно мечтал", с горькой иронией подумал молодой Айтверн. Ему ведь ужасно хотелось выступить на какую-нибудь знаменательную войну, сражаться на ней с доблестью и покрывать себя славой. Теперь война, похоже, неизбежно начнется - но он вовсе не был уверен, что желает на нее попасть. "И тем более - вряд ли я хочу оказаться на этой стороне".
Гайвен сидел совсем рядом - можно было коснуться плеча, если протянуть руку. Сюзерен, товарищ, друг. Вместе они бежали подземными путями из осажденного Джейкобом Эрдером Тимлейнского замка, пробирались в Стеренхорд, ехали на переговоры с Гледериком Карданом, вели полки Запада в битву на Горелых Холмах. Артур спас Гайвену жизнь - когда Гледерик мог убить его. Гайвен спас Артуру жизнь - когда старый герцог Эрдер мог убить его. Ради того, чтоб Ретвальд надел корону, Артур сошелся в смертном поединке с последним из Карданов - последним из рода, которому Айтверны некогда клялись служить верой и правдой, пока их собственная кровь не иссякнет.
Артур мог принять, что его король наследует Темному Владыке - семью и предков не выбирают, с ними живут, как могут, стараясь сделать лучше их. Но зато он никак не находил в себе сил принять, согласиться с выношенным сейчас Ретвальдом планом. Стать винтиком в запущенном Королем-Колдуном механизме. Вместе с тварями из страшных сказок утопить мир в крови. Сделаться разрушителем всего, что хотел защищать.
Гайвен не проявлял никаких признаков беспокойства, казался полностью расслабленным. Он доверял драконьему герцогу и все еще считал его другом. Последний из Ретвальдов задумчиво глядел в камин, в затухших углях которого тлел, готовый вскоре разгореться, пожар, который охватит всю землю.
Айтверн выхватил кинжал и нанес быстрый, сильный удар от плеча, с разворота - метя своему королю в грудь. Во всех прочих обстоятельствах этот удар неизбежно бы достиг цели. Но сейчас Гайвен среагировал более резво, чем Артур мог бы предугадать. Он отдернулся, перехватил руку Айтверна, вывернул ему запястье. Артур сморщился от боли, согнулся в кресле, а оказавшая бесполезной, никчемной сталь со звоном упала на пол.
Не сказав ни единого слова, Ретвальд отпустил руку своего вассала и все также расслабленно откинулся на спинку кресла. На минутку прикрыл глаза, будто собрался задремать. Потирая кисть, герцог Запала встал на ноги и подобрал кинжал. Спрятал в ножны.
- Я разрываю вассальную клятву, которую Радлер Айтверн принес Бердарету Ретвальду, - сказал Артур отчетливо. - Разрешите покинуть вашу службу, сэр.
- Разрешаю, - Гайвен тоже поднялся, протянул ему руку. После короткого колебания, Айтверн ее пожал. - Вы хорошо служили мне, герцог, и я никогда не забуду всех вещей, которые вы ради меня сделали. Я прощаю вам попытку покушения, однако в следующий раз такой снисходительности уже не проявлю. Если выступите против меня с оружием в руках - сделаетесь мне врагом. Можете возвращаться в Малерион, сам замок ваш, хотя городом и бывшим доменом станет распоряжаться мой чиновник, когда прибудет. Можете бежать за границу. Все в ваших руках.
- Я понял вас, сэр. Мне нужно будет заскочить домой и взять кое-какие вещи, а затем я покину Тимлейн. О своих дальнейших планах сообщить не могу.
Гайвен отвернулся. Сделал три шага к двери, открывая ее настежь, замер на пороге, не решаясь его переступить. Постоял так немного, а затем проронил будто в воздух:
- Жаль, что так получилось. Ладно, что уж теперь говорить. Давай я тебя провожу.

Эдвард Фэринтайн стоял посредине Большого Зала Тимлейнского Замка. За прошедшее утро здесь уже успели навести порядок - однако эхо сотен смертей все еще витало в пространстве, доступное натренированному восприятию. К сожалению, только оно. Следы открытого в то же самое время портала стерлись уже почти без следа. Как ни пытался Эдвард их разобрать, он не сумел понять, куда именно Кэран открывала проход и куда в итоге попала, забрав вместе с собой несостоявшуюся правительницу Иберлена и Лейвиса Рейсворта, который становился теперь ближайшим наследником Драконьих Владык - в случае, если с Артуром что-то случится.
"Кэран боялась за меня - а вместо этого ей следовало беспокоиться о себе. Лучше бы я остался здесь, а не отправился на дурацкую битву, которую Айтверн и Тарвелы вполне могли бы выиграть и сами". От бессильной злости хотелось сжимать кулаки или ругаться последними из проклятий. "Мне следовало просто один раз прислушать к ней - и возможно, ничего этого бы просто не произошло. Мы бы остановили этого безумца вдвоем, еще когда он только явился. Сейчас он одному мне явно не по зубам".
На лестнице показались Гайвен Ретвальд и Артур Айтверн. Шли они неспешно, негромко переговариваясь о чем-то. Повелитель Западных Берегов казался потерянным, по лицу же Короля-Чародея, как и всегда, ничего нельзя было прочесть. Когда они приблизились, Эдвард вскинул голову, расправил плечи, постарался скрыть овладевшие им чувства под маской любезности:
- Добрый день, господа. Вижу, ваш разговор закончился. Может быть, настало время обеда? Проходя мимо кухни, я разобрал запах жаркого и утки в яблоках, если не ошибаюсь.
Ретвальд остановился, как вкопанный. Не принял предложенного ему небрежного тона:
- Фэринтайн, довольно со мной играть. Я прекрасно понимаю, что вы желаете сейчас разузнать. Нет, я не имею ни малейшего понятия, куда подевалась ваша жена, а также мои собственные нерадивые вассалы, которых она спасла от моего правосудия. Я всю ночь пытался разобрать следы сделанного ей заклинания, и не преуспел в этом.
- Я вижу, - сказал Эдвард медленно, - вы действительно неплохо разбираетесь в чарах.
- Куда лучше, чем вам могло показаться. Возможно - куда лучше вас. Во всяком случае, теперь. - Гайвен сделал паузу, внимательно всматриваясь Эдварду в лицо.
На мгновение королю Эринланду сделалось не по себе. Если два дня назад, когда они только впервые увиделись с наследником домом Ретвальдов, тот будто стоял на краю некой метаморфозы - теперь эта метаморфоза со всей очевидностью завершилась. Силы, которые стремились завладеть правнуком Бердарета-Колдуна, явно достигли своей цели - а он, видимо, полагал, что заключил удачную сделку и остался в выигрыше. Он казался теперь ожившей марионеткой, куклой со стеклянными глазами, в которую вселился злой дух.
- Я не буду вам врать, Фэринтайн, - продолжил между тем Гайвен, и снова казалось - это говорит уже не он, а кто-то другой его устами. - У меня большие планы, и на ваш Таэрверн - тоже. Айтверн все равно расскажет вам это, когда вы останетесь наедине, так почему бы не сказать сразу? Скоро я приду к вашему Вращающемуся Замку и заберу его себе. Только зачем мне оставлять в этом замке вас, способного оказать мне сопротивление? Проще задержать вас сразу.
Они выступили из-за подпиравших потолок колонн - десятеро существ в черном, что двигались танцующей, плавной походкой, ступая по полу так легко, словно сами были невесомы. Их лица были бесстрастны, как бывают лишь лица мертвецов; их мечи были обнажены и направлены прямо на Эдварда. Среди них был и тот, седой, из ратуши - и единственный из всех, он улыбался. Сделав саблей несколько финтов в воздухе, нелюдь остановился, готовый в любой момент броситься в атаку. Он явно этого хотел. "Мы же договорились о поединке, конечно".
Король Эринланда коснулся рукоятки клинка - но после небольшого раздумья, не стал его доставать. Зато обнажил свой меч Артур Айтверн - и встал рядом с Фэринтайном, плечом к плечу. Он смотрел на собственного сюзерена так, словно намеревался его убить.
- Простите, сударь, - сказал Эдвард, обращаясь к Королю-Колдуну, - но вы не сможете меня задержать. Напротив, прямо сейчас вы отпустите нас и позволите спокойно покинуть этот прекрасный город.
- Дайте мне хотя бы одну причину это сделать.
- Даю, охотно, - Фэринтайн растянул губы в церемонной улыбке. - Орбитальные боевые спутники Древних, которые до сих пор вращаются над Землей. На них установлены плазменные пушки, световые излучатели, баллистические ракеты и другое оружие, название которого ничего не скажет сейчас несведущему человеку. Когда эти пушки применялись в последний раз, был уничтожен Тарнарих, а также некоторые другие достаточно крупные города. Коды управления системой запаролены на владельца Вращающегося Замка через телепатический интерфейс. Не так давно мы с Кэран сумели его взломать. Отпустите нас, сударь - или клянусь небом, прямо сейчас я начну новую Войну Пламени.
Ретвальд не казался излишне впечатлен этими словами.
- Вы блефуете, сударь. Для начала, этим спутникам потребуется время, чтобы выйти на расчетную орбиту и нанести удар. Возможно, несколько часов. Мои люди убьют вас раньше. - "Кажется, этот мальчик знает действительно больше, чем мог бы вычитать в семейной библиотеке". - Во-вторых, защитные системы Звездной Башни и прочих сидских крепостей пережили Великую Тьму. Переживут и эту бомбардировку.
- Зачем мне атаковать моих родичей фэйри? - изобразил удивление Эдвард. - Я атакую вас. Удар будет нанесен по Тимлейну, прямо вам по макушке, ибо у этого города никаких защитных систем нету. Люди, что его строили, и слов таких не знали.
- Триста тысяч невинных жителей. Вы не посмеете так поступить.
- Посмею. Вы загнали меня в угол. Фэринтайны дорого продают свою жизнь.
Несколько мгновений Гайвен Ретвальд стоял в молчании, напряженно раздумывая. Эдвард почувствовал, как вспотела его собственная, все еще сжимающая эфес меча ладонь. Эринландец прекрасно осознавал, что блефует - действительно, даже успей он отдать компьютерам Каэр Сиди телепатический приказ, прошло бы время, прежде чем спутники смогли бы занять нужную позицию в безвоздушном пространстве и произвести выстрел, и скорее всего, после смерти отдавшего приказ о бомбардировке он был бы сам собой отменен. Кроме того, Фэринтайн не был до конца уверен, что действительно желает стать тем, кто запомнится как новый разрушитель мира.
- Я сейчас, возможно, самый опытный чародей из живущих на свете, - сказал наконец Гайвен. - Знания, что накапливались тысячи лет, доступны мне - во всей своей полноте. Мне понадобится не больше нескольких месяцев, чтобы разобраться в природе нитей, связывающих вас с Вращающимся Замком - и обрубить их полностью, оставив вас с носом. Когда я выдвину свои войска на битву, вы уже не сумеете угрожать мне силами Древних. Мне просто потребуется немного разобраться, как именно это делается. Это всего лишь магия, а в ней я мастер.
- Такая возможность остается, - согласился Эдвард. - Но сейчас у меня полный рукав козырей, а у вас на руках ничего. Я обыграл вас, сударь. Потом вы можете делать что угодно. Лишить меня древних сил. Завоевать мою страну. Заставить меня жонглировать яблоками вам на пиру для потехи. Пытайтесь, пробуйте - вдруг выйдет. Вот только сейчас я вчистую вас победил, так что можно мы с сэром Артуром наконец вас покинем? Утомили смертельно.
Гайвен раздраженно махнул рукой - и слуги его, что уже готовы были броситься в бой, отступили. Вновь скрылись в сумерках, что даже сейчас, в три часа дня, непроглядно клубились в углах и вдоль стен.
- Так и быть, идите, - сказал король Иберлена. - Когда придет время - наши солдаты сойдутся в бою. Грядет война, и будьте к ней готовы, ибо я уже почти готов.
- Непременно, - пробормотал Эдвард. Он едва сдерживал ухмылку. Когда Клифф позавчера выбирался из этого слишком гостеприимного замка, ему пришлось угрожать тогдашним хозяевам куда меньшим.
Айтверн и Фэринтайн вышли из зала, в сияющий светом день, а Гайвен Ретвальд еще долго стоял неподвижно и смотрел им вслед, будто думал о чем-то. Затем развернулся и пошел верх по лестнице - заниматься делами королевства, которым ему теперь никто не мешал править. Тени следовали за ним по пятам.

На крепостном дворе было солнечно и спокойно. Собирались в дорогу эринландские и стеренхордские рыцари, напряженно косились на них стоящие у внешних ворот стражники, разговаривал о чем-то с Блейром Джайлсом Томас Свон. Эдвард Фэринтайн оседлал коня, обернулся к Артуру Айтверну, что застыл в нерешительности подле своего жеребца:
- Чего стоишь? Поехали поскорее. До темноты надо быть у Данкана. Кэмерон и так, небось, все локти искусала, о тебе волнуясь, - лорд Вращающегося Замка усмехнулся. Незримая связь, установившаяся между сыном лорда Раймонда и вдовствующей королевой, не стала для него секретом. Напротив, она даже порадовала Эдварда. "Артур хороший мальчишка. Такой же бешеный, как был Хендрик - но намного умнее. Кэмерон сможет вдолбить в его голову каплю рассудительности - а он снова научит ее улыбаться".
- Я не понимаю, каких дров наломал, - сказал Айтверн раздумчиво. - Но наломал явно, причем немало. Посудите сами, что случилось со мной за последний год. Я ненавидел отца - и сделался вернейшим продолжателем его дела. Желал защитить сестру - и нажил в ее лице лютого врага. Убил одного короля ради верности другому - а теперь и этого короля оставляю.
- Это наша жизнь. Она так устроена, поэтому просто привыкай. Ничего с этим сделать ты все равно не сможешь.
Сам Эдвард Фэринтайн подумал, что должен во что бы то ни стало найти свою жену, пусть даже ради этого ему придется отправиться на край света. А еще - уберечь этот мир, прежде чем тот окончательно сорвется в бездну. Гайвен действительно может лишить его единственного магического преимущества, которым Эдвард владел - и тогда судьбу континента решат в битве армии, а войска Волшебной Страны стоило опасаться.
- Вы правы, я зря разнылся, - сказал Артур. Стремительно взлетел в седло, тряхнул нечесаными волосами, подставил лицо солнцу. - Не будем медлить. Слишком многими делами теперь предстоит заняться - куда большим их количеством, чем я думал недавно. Гайвен обезумел, с севера возвращается древняя тьма, Коронный совет уничтожен, мои родственники и ваша супруга пропали, и должен же кто-то остановить эту кутерьму? Попробуем вы и я, благо кроме нас некому.
- Если за дело взялись именно мы, мне уже заранее страшно за его исход, - пробормотал Эдвард.
- А мне - нет. Ибо у тех, кто пытался прежде нас, получалось еще хуже.
Герольд протрубил сигнал к выступлению, и отряд тронулся в путь, миновав мост над окружающим крепость рвом. Иберленские солдаты, вынужденные стоять на часах, проводили его взглядами.
Эдвард и Артур ехали впереди колонны, покидая Тимлейн и праздно разглядывая проплывающие мимо фасады домов. Тревога и беспокойство отпустили их, и вскоре два наследника Великих Домов Волшебной Страны уже перешли в разговоре на "ты", разговаривая о всякой ерундовой всячине и даже о казалось бы вовсе неважных в эти смутные дни пустяках. Таких, как цены на оружие, недавно услышанная песня или хорошее вино. Айтверн беспечно улыбался, вспоминая какие-то свои прежние лихие выходки, наподобие уличных драк и трехдневных попоек - и Фэринтайн вдруг понял, что охотно его слушает, кивая, усмехаясь, а порой и вставляя что-то свое. Лорд Вращающегося Замка был полностью готов к будущему - включая все сюрпризы, которое оно непременно преподнесет.
Прекрасная и безумная, жизнь продолжалась - наперекор и вопреки всем злым ветрам.

Конец

   

Хроники Иберлена

главная